Кармапа в России

Александр Койбагаров, Елена Ромахина

Кармапа посетил шесть городов, встречаясь с учениками и официальными лицами. В пути его сопровождали Лама Оле Нидал, небольшая рабочая группа из монахов и западных помощников и около ста российских буддистов. О своих впечатлениях рассказывают участники поездки с Кармапой — Александр Койбагаров, Петр Калачин, Евгения Половникова, Елена Ромахина.

Санкт-Петербург 

Александр КОЙБАГАРОВ: 

— Все русские, кто бывал у Кармапы с 2000 года, приглашали его в Россию. И он всегда говорил, что приедет. Но все не приезжал, а потом вдруг выяснилось, что для этого нужно официальное приглашение от властей. В этом нам помог Кирсан Илюмжинов, глава Республики Калмыкия. Мы обсуждали с ним эту тему еще два года назад, в 2007 году, и Кирсан Николаевич сразу сказал, что с удовольствием сделает Кармапе официальное приглашение. Конечно, мы до последнего момента опасались, что что-то может пойти не так и сорваться. Но Кармапа получил приглашение, и нас неожиданно известили о том, что глава линии преемственности приедет сразу в шесть городов! А ведь нам даже визит в один город казался очень серьезным, ответственным и сложным мероприятием. 

Мы провели большую работу, чтобы принять Гьялву Кармапу на самом высшем уровне, достойном его статуса. Старались как могли, используя наши не слишком большие связи и возможности. Мы очень хотели, чтобы Кармапа встретился с губернатором Санкт-Петербурга, и непрерывно писали письма в администрацию. Напишем письмо, ждем месяц, никто не отвечает, снова пишем. Наверное, им сложно было вообще что-то решить, потому что в России тибетский вопрос болезненный, в отличие от других великих стран. Но когда приезжает Кармапа, происходят чудеса. И за день до его прилета раздался звонок из администрации города. Нам объяснили, что Валентина Матвиенко должна быть на саммите, но Кармапу хотел бы принять первый заместитель Александр Иванович Вахмистров. Сначала нам сказали, что нужно приехать заранее, выписать пропуска, и что в Смольный автомобиль не пустят. Нужно будет «спешиться» и идти ножками. Через два часа снова звонок: говорят, что пустят в Смольный, объясняют, как заехать через боковые ворота. Через пятнадцать минут снова позвонили и сказали, что решили пропустить нас через центральные ворота, и даже паспорта не нужны. 

В Смольный выехали заранее из-за пробок, и в итоге осталось время, чтобы покататься вокруг. Кармапа фотографировался везде (оказалось, он любит фотографироваться рядом с памятниками, в том числе Ленину). Пока мы осматривали окрестности, на ступеньки вышли чиновники и ждали. Нас привели в большой зал, так что между представителями власти и Кармапой было метров пятнадцать. Первый вице-губернатор пришел и начал читать приветствие по бумажке. Речь его заключалась в следующем: Петербург гордится тем, что все конфессии равны, в городе нет религиозной нетерпимости и никогда не возникало религиозных конфликтов. Слова на бумаге закончились, и он замолчал. Наступила пауза и вдруг он ни с того ни с сего спрашивает: «Может быть, у вас есть какие-то просьбы»? 

Кармапа ответил: 

— Нет, мы пришли просто, чтобы вас поблагодарить. 

— За что? 

— За вашу религиозную терпимость. Мои ученики рассказали, что вы нас поддерживаете и очень хорошо к нам относитесь. 
Вице-губернатор замолчал, а потом произнес: «Вообще- то мы в своей работе исповедуем практический буддизм». Потом сделал паузу и сказал: «Но вы понимаете, это шутка». И еще пару раз повторил про шутку, для верности. 

Мы расстались большими друзьями. Наш большой друг, начальник отдела по связям с религиозными объединениями Санкт-Петербурга Любовь Александровна Мусиенко, все время спрашивала меня: «Правильно ли я к Кармапе обращаюсь?» А потом спросила: «Можно я ему пожму?» Я ответил: «Ни в коем случае, он же монах». Тогда она подошла и попыталась поцеловать Кармапу в щеку. В общем, протокол был смят, и через официоз проглянуло человеческое и живое. 

В Санкт-Петербурге мы планировали посетить дацан. Это историческое здание, его начали строить в 1909 году, ровно сто лет назад. Дацан присоединился к Традиционной Сангхе России, то есть к религиозной организации с центром в Бурятии. И с ламами дацана у нас всегда были хорошие отношения. В свое время к нам даже обратился религиозный комитет города с предложением забрать этот дацан. Но Лама Оле сказал, что лучше иметь собственное место, где можно спокойно медитировать. Мы написали обстоятельное письмо в администрацию Питера, о том, что дацан построен на средства, собранные бурятами и калмыками, и деньги Далай-ламы XIII, что это традиция Гелугпа, и это место должно принадлежать им. 

В дацане мы рассказали про приезд Кармапы, и нам ответили, что с удовольствием его примут. Но добавили, что ворота не откроют, поскольку их открывают только Далай- ламе. И что весь прием будет уже внутри храма. Позднее мы им позвонили и сообщили, что нам даже ворота Смольного открыли. Они ответили, что тоже хотели бы открыть, но там стоит гаишник, и «он оштрафует и вас, и нас». Вот мы подъезжаем, там действительно стоит гаишник, мы готовимся с ним объясниться, и вдруг он отворачивается и убегает куда-то вдаль. Мы въезжаем в ворота, которые распахиваются перед нами, тут же начинают гудеть раковины и костяные трубы, и все происходит совершенно чудесно по высшему разряду. 

Кармапа так действует на людей, что его принимают как царя. Хотя он очень скромно себя ведет. И Лама Оле говорит, что его главное качество — это отсутствие гордости, он очень скромный и поэтому пройдет везде. При этом сразу чувствуется, что он тут самый главный, — по тому, как он смотрит, как говорит. Это врожденная царственность. 

В Эрмитаже мы также посетили запасники с уникальными образцами буддийской культуры, где спрятаны неимоверные богатства (например, там была тханка и скульптура Десятого Кармапы). Кармапа превратил это посещение в благословение. Половина тех статуй была заполнена реликвиями. И он не просто смотрел, он брал статуи из хранилища и всех ими благословлял. Это было очень волнующе. 

В Питере были и очень забавные встречи. Мы фотографировались на фоне стрелки Васильевского острова, Летнего сада, Петропавловской крепости, — обычные питерские виды. В каком-то месте к нам подошли двое китайцев и, похлопывая Кармапу по плечу, сфотографировались с ним. Это вызвало у Кармапы массу позитивных эмоций. У него необыкновенное чувство юмора, и мне все время кажется, что он постоянно сдерживает смех. 

Элиста 

Елена РОМАХИНА: 

— Мы собрались в аэропорту. Наш самолет — из Питера в Элисту — немного задерживался, ждали приезда Кармапы и Ламы Оле. Пока Гьялва Кармапа проходил досмотр, мы дружно, вроде бы невзначай, краем глаза подсматривали за происходящим. Так хочется просто постоять рядом, может быть поймать взгляд… После взлета Кармапа удалился на свое место, ну а мы в состоянии огромного счастья от того, что все это происходит, неслись в мыслях быстрее этого самолета. В какой-то момент Кармапу посадили за штурвал — дали порулить! 

В аэропорту Элисты, прямо на летном поле — красные национальные костюмы, колорит азиатских лиц, «фирменный», соленый чай. Калмыкия встречает Кармапу. Первое интервью сразу у трапа. Позже Кармапа скажет: «Я увидел эти лица, ощутил очень знакомый вкус чая и удивился тому, как сильно все это похоже на мой дом». 

Между тем мы остаемся разгружать вещи и едем в Сити- Чесс расселяться. Сити-Чесс — настоящий оазис посреди Элисты, здесь уютные домики, розарии и даже бассейн. Только вот степь видна уже из окна и оттуда ветер гонит сухость и жару. 

Для утверждения программы следующего дня важно было понять, какие из мероприятий с Кармапой посетит Кирсан Илюмжинов, многое было под вопросом. Уже после полуночи, прилетев из Москвы, Кирсан Николаевич сказал, что примет участие во всех мероприятиях. И действительно, он все дни находился рядом с Кармапой и Ламой Оле. 

Отправились в конференц-зал на встречу с южными центрами. Традиционное печенье, сок и ожидание. Вновь людей было куда больше, чем, казалось бы, может вместить зал. Тишина… Кармапа вошел улыбаясь. И вновь, как и в Питере, после появления Кармапы напряжение моментально исчезло. Потом Кармапу, Ламу Оле и всех наших «официальных» представителей увезли на встречу с Кирсаном Илюмжиновым, а мы, как в комиксах, после всего, что проходило за закрытыми дверями, спрашивали: «А Кармапа что? А Лама Оле что сказал? А Кармапа как пошутил?» После визита к Илюмжинову Кармапа должен был направиться к Ступе Просветления, чтобы провести здесь обряд освящения фундамента нового буддийского центра. 

Жара в этот день была ужасная, и многие искали редкую тень, чтобы помедитировать. Кое-кто мужественно, несмотря на жару, ходил вокруг ступы. Приехав, Кармапа с монахами зашли в ступу, спели короткую пуджу в домике Махакалы. Мы обошли две кóры вместе с высокими ламами, после чего Его Святейшество, будто в свой дом, проводил внутрь Илюмжинова, который прибыл вслед за Кармапой. 

Так прошел ударный день официальных мероприятий. Вечером была лекция Ламы Оле. Кирсан Николаевич действительно все дни сопровождал Оле, вплоть до того, что всю лекцию просидел с ним на сцене. Мы все ждали, что сейчас он встанет и уйдет, но даже после вопросов и ответов он остался на сцене, а после окончания лекции произнес трогательную речь о том, как ему понравились наши волонтеры. 
На следующий день — посвящение в Любящие Глаза.

Посвящение в Любящие Глаза было удивительно красивым, однако нас допекала страшная жара. Кармапа много раз подчеркнул, что благодарен нам за то, что мы сидим здесь в таких условиях, слушая Дхарму. И отметил, что жара очень сильная. Буквально сразу после этих его слов на небе появилось легкое облако и заслонило солнце. Когда благословение закончилось, Кармапа сказал: «Сегодня очень жарко. Мы завершаем наши посвящения и я говорю вам «Таши делег!» или «Сool таши делег!», — и погода начала стремительно меняться. 14 июня мы проснулись от прохладного ветра, и весь день этот ветер от Кармапы дарил нам радость. Лама Оле и Кармапа весь день проводили вместе, мы узнали, что они ездили благословлять ветряные мельницы. 

Вечером Кармапа подарил Элисте посвящение на Карма Пакши, история которого пересеклась с историей калмыков. В этот день было просто на удивление много народу, как пожилых людей, которые тут же на поле делали простирания, так и молодежи. Наутро 15 июня проснулись от звука дождя… 

Петр КАЛАЧИН: 

— Во время всей поездки можно было видеть, как меняется погода. Кармапа говорил, что причина этому — наша общая хорошая карма. На посвящении в Элисте, когда была дикая жара, организаторы переживали, что людям будет сложно. Но когда пришел Кармапа, в небе появились облака, задул легкий ветерок. Можно было наслаждаться посвящениями, не думая о погоде. Жарко, конечно, но вполне терпимо. Дело было на стадионе: люди сидели прямо на футбольном поле на траве или же на трибунах. Около 2,5 тысяч человек. 

Кармапу попросили вызвать дождь, потому что Калмыкия — засушливая страна, и все знают, что ламе можно «заказывать» погоду. И в последнюю ночь нашего пребывания действительно пошел дождь. Когда мы должны были взлетать, погода наладилась. Позднее нам позвонили и сказали, что уже два дня идет тропический ливень. 

Александр КОЙБАГАРОВ: 

— После первых дней, проведенных с Кармапой и Ламой Оле, Кирсан Николаевич улетел в Москву и не успел вернуться до нашего отъезда. Мы были приглашены к его родителям на обед. Во время обеда он позвонил и объяснил, что не сможет прилететь, поскольку должен уехать в Чехию и подписать договор о покупке ветряков для выработки электричества. Кармапа сказал, что ветряки разрубают воздушных духов на части, и те погибают в страшных мучениях. Решили, что хорошо бы на лопастях написать мантры. Оказалось, что у стола были «глаза и уши», Кирсан Николаевич позвонил через десять минут и сказал, что в той ветроэнергетической компании уже рисуют мантры. 

Потом было каллиграфическое упражнение: Кармапа попросил оставить его одного и написал мантры для лопастей. Эти надписи мы сохранили и намереваемся нанести на футболки. 

Петр КАЛАЧИН: 

— В Элисте мы ходили в хурул, и Кирсан Илюмжинов провел Кармапу по всем помещениям. Пейзаж, который мы видели, пока ехали в дацан, был очень похож на Кхам. Кармапа говорил: «Закрываю глаза, потом открываю и думаю — неужели я дома»? 
Когда мы были в гостях у родителей Илюмжинова, они принесли сверток, который сохранился еще со времен Второй мировой войны, от дедушки. Оказалось, что это рукопись, завернутая в дорогую ткань. Когда ее передали Кармапе, тот сказал, что это драгоценный текст нашей защитницы Белый Зонт. Его все время держал при себе дедушка Кирсана Николаевича — даже на фронте, во время Второй мировой войны, с которой все члены их семьи вернулись живыми. 

Москва

Петр КАЛАЧИН: 

— В Москве мы пошли смотреть старый винный завод, который находится прямо под буддийским центром. Кармапе это место понравилось, мы спустились в подвал, потом отправились на второй этаж — там оказалась небольшая галерейка, откуда можно было перелезть через заборчик и выйти на крышу. А уже с нее зайти через окно в помещение центра. Люди, которые ждали Кармапу, были в шоке от того, что он зашел через окно. И это при том, что нас научили куче церемониальных правил: к Кармапе нужно обращаться определенным образом, с монахами вести себя специально, налить чай и предложить, обязательно полную чашку и т.д. Многие люди встречались с Кармапой в первый раз. И на фоне всего этого протокола он вдруг входит в окно! 

Александр КОЙБАГАРОВ: 

— Я думаю, что в Москве у нас был самый красивый, самый презентабельный зал — ГЦКЗ «Россия» в Лужниках. После посвящения мы поехали в небольшой кинотеатр смотреть фильм «Терминатор-4». Кармапа глядел на экран, а люди — на Кармапу. Потом они говорили: «Он ни разу не моргнул». Кармапе фильм понравился, и он сказал, что следующим вечером снова хотел бы сходить в кинотеатр. Но потом уже не хватило времени. 
Оказалось, что отец директора ресторана, в котором мы обедали в гостинице, был известным армянским художником, и он «прорвался» к Кармапе и подарил ему свои альбомы. Сказал, что всю жизнь ждал этого момента. 

В буддийском центре организовали фотосессию Кармапы, его фотографировали на троне. Но улыбался он только самыми кончиками губ – должен был соответствовать! 

В последний день была организована встреча Кармапы с политиками, на которую пришли руководители всех ТВ-каналов, олигархи, великосветские дамы. Был также человек из ФСО, который повез Кармапу в Алмазный фонд на кремлевской машине. 

Евгения ПОЛОВНИКОВА: 

— 17 июня был последний из «московских» дней в программе Кармапы. Шумные многотысячные мероприятия уже прошли, и этот день отдан под «свободное время» и приватные встречи. Среди них — встреча в Нефтегазовом клубе. На нее пригласили около тридцати человек — крупных бизнесменов, чиновников, медийщиков. Пришло пятьдесят. Первым приехал Эдуард Сагалаев — точно в назначенное время. К прибытию Кармапы крошечный зал был забит полностью. Кармапа минут пятнадцать рассказывал о Дхарме, потом начались вопросы. Любопытно, что вопросы, в отличие от лекции в Лужниках, где спрашивали много смешного и путаного, здесь были преимуще-ственно какими-то очень точными. И их было много, чувствовалось сильное желание людей действительно что-то важное спросить у Кармапы, прояснить какие-то главные моменты. 

Из Москвы он отправлялся в Иркутск. А вместе с ним — целый самолет учеников. (И я. Ура!) Было довольно занятно — один за одним проходить к своему месту мимо Кармапы, сидевшему в первом классе и по очереди улыбавшемуся каждому человеку. Словно он берет тебя куда-то с собой. 

Иркутск 

Петр КАЛАЧИН: 

— В Иркутске перед приветственной церемонией была пресс-конференция, и Кармапу спросили, чем ему интересна Россия, что он хотел бы увидеть. Он сказал, что ему интересна вся Россия, она такая большая, в ней много разных культур, но он до сих пор не видел снега. И через час пошел дождь со снегом. А когда мы ехали на поезде из Иркутска, снег уже лежал в полях. 

В Иркутске предполагалось сделать посвящение во дворе буддийского центра, там сделали открытый навес, поскольку думали, что будет яркое солнце и жара. И все было бы хорошо, если бы погода не испортилась. На лекцию Ламы Оле пришло больше тысячи человек, но из-за необычно холодной погоды посвящения перенесли в зал.

Александр КОЙБАГАРОВ: 

— Зал нужно было готовить. А люди и так к тому моменту уже устали, много сил вложили, устроив шатер во дворе центра, и думали, что можно наконец-то отдохнуть. И вдруг оказалось, что все меняется, ничего не готово и надо все делать заново. В 3-4 часа ночи сформировали рабочие группы. Планировалось посвящение Марпы, оно самое сложное по оформлению: на сцене строятся две мандалы, алтарь и два мини-алтаря. Путешествующий учитель Габи Воленко была руководителем всех этих работ по организации посвящений. Предполагалось, что в 9 утра в зале будет двадцать человек. Но в девять были только мы с Габи. Люди стали подъезжать к 12. Понятно, что никто не спал в эти дни, удавалось поспать максимум два часа. 

Приехали монахи, которые должны были делать тормы, украшать алтари, а подготовка еще идет, им делать нечего. Монахи ждут. Потом ко мне подходит монах, сидевший на сцене к тому моменту уже часа полтора, и говорит: «Я забыл текст, нужно срочно ехать в центр и сказать Кармапе, что ничего не готово». Мы помчались в центр, но оказалось, что, как только мы уехали, Кармапа прибыл в зал. Он поднялся на сцену, к нему подбежала Габи и сказала: «Ничего не готово, нужно отменять посвящение». Но Кармапа ответил: «Отменять не нужно, все превосходно». Он сел на стульчик на сцене и начал готовиться к посвящению без текста, потому что за текстом мы как раз уехали. 

Постепенно появился трон, мандалы, монахи с текстами, а Кармапа сидел и готовился. В итоге все прошло чудесно. 

Евгения ПОЛОВНИКОВА: 

Само посвящение Марпы оказалось очень увлекательным. Было заметно, что Кармапа ведет его не строго по сценарию, а так, как ему хочется, свободно, увеличивая одни части и сокращая другие, давая подробные объяснения и вообще наслаждаясь происходящим. В какой- то момент, когда Кармапа на секунду задумался, подыскивая нужную формулировку, один из монахов вдруг запел, решив, вероятно, что пора продолжать церемонию. Кармапа опять с полуулыбкой приподнял брови в его сторону, едва заметно кивнул и присоединился к процессу: он был просто как рыба в воде — спокоен, полностью расслаблен и счастлив. 
Из запомнившихся высказываний Кармапы: «Понимание того, что очищение нужно, и есть очищение».

Улан-Удэ 

Александр КОЙБАГАРОВ: 

— Потом был Улан-Удэ. Там все развивалось очень стремительно. Мы поехали в Иволгинский дацан. Должны были встречаться с Хамбо Ламой, но его там не оказалось. Сначала никого никуда не пускали, кроме Ламы Оле и Кармапы. Встречал нас настоятель дацана. И все говорили только по-бурятски. Потом оказалось, что Хамбо Лама в другом месте. Когда мы вышли, вдруг Кармапу стремительно посадили в «Волгу» и увезли куда-то. Мы бросились вдогонку, приехали в такое место, которое называется Богатая гора, там в XV веке стояла мощная ступа. В Иволгинской долине есть три места силы. Давным-давно в этом районе были монастыри или ступы, которые умиротворяли негативные энергии. Теперь здесь каждый год проводятся подношения духам и праздники. 

Евгения ПОЛОВНИКОВА: 

— Если в Иркутске все напоминало трагикомедию с элементами производственной драмы, то в Улан-Уде начался настоящий экшн: мы все время куда-то неслись — то в дацан, то из дацана, то на поле, где шли празднества и соревнования, то в зал, где должно было начаться посвящение. Причем никто не знал, в какой момент Кармапа будет переезжать из одного пункта в другой, поэтому даже когда все отправлялись в местное кафе, кто-то оставался дежурить, чтобы не упустить его. В дацане, несмотря на отсутствие Хамбо Ламы, Кармапу принимали с большим почтением. Его и Ламу Оле провели в храм к телу Итигэлова. Мы все остались стоять снаружи, и было непонятно, пустят кого-то еще или нет. Но потом пригласили всех, включая женщин. И то, что нам всем открыли свободный доступ в храм, показывало, что монахи понимают важность и исключительность момента.

Потом Кармапу «украли», одного, без сопровождения, увезли на поле к Хамбо Ламе. Мы устремились вслед… Хамбо Лама был в прекрасном настроении, шутил, называл Ламу Оле своим другом и вообще наслаждался ситуацией. И Кармапа словно давал ему пространство для радости, позволяя всему идти, как идет. И еще Кармапа сказал, что чувствует себя здесь как на родине — и это тоже всем было приятно. 

На посвящение вечером пришло столько людей, что не все поместились в зале. Многие в течение всего посвящения оставались снаружи, дожидаясь благословения. И Кармапа дал его всем. Причем особо рьяные буддисты, чтобы еще раз получить цог, вставали в очередь по два и три раза, несмотря на все увещевания. 

Владивосток 

Александр КОЙБАГАРОВ: 

— Долгий переезд на поезде придумал Лама Оле. Он хотел показать, насколько велика Россия, и дать возможность благословить страну. Кармапа сказал, что Индия — тоже большая страна, но он никогда не ездил на поезде дольше четырех часов и никогда не путешествовал с такой большой группой сопровождения: максимум с четырьмя друзьями. В нашем же поезде под конец поездки было уже человек сто. 

Евгения ПОЛОВНИКОВА: 

— Трехдневное путешествие с Кармапой в поезде, было, пожалуй, самой приятной и расслабленной частью всего тура, но не менее интенсивной и поучительной. Помимо того, что было просто приятно находиться рядом с Ламой, позитивное настроение и свободное время хотелось использовать максимально эффективно. Так что работа кипела. В нашем купе (как, впрочем, в каждом втором) постоянно происходили то спонтанные совещания путешествующих учителей, то интервью, то еще какие-то собрания. На станциях народ высыпал на перрон, выходили и монахи, и Кармапа — просто так, прогуляться или благословить тех, кто приходил к поезду. 

Евгения ПОЛОВНИКОВА: 

— На третий день была объявлена 24-часовая медитация на Алмазный Ум. Утром, примерно в половине одиннадцатого утра, Кармапа пошел прогуляться по вагонам и на обратном пути остановился возле нашего купе, где как раз шло собрание путешествующих учителей. В это время на небе появилась радуга: она проступала по чуть- чуть уже полчаса, но только теперь стала видна целиком — большая, четкая, полукругом от земли до земли. Кто-то сказал Кармапе: «Это потому, что ты с нами». А он ответил: «Нет, это благодаря вашей хорошей карме». Все засмеялись, а он: «Правда-правда». Потом он добавил: «Радуги одна над другой, да?» Все сказали: «Нет, только одна», — а когда Кармапа ушел, начала проступать и вторая радуга, и через пару минут стало видно, что их действительно две — одна над другой. 

Александр КОЙБАГАРОВ: 

— Кармапа был воодушевлен поездом, он гулял по вагонам, за ним постепенно собиралась толпа. Он иногда выходил на перрон и шел вдоль поезда. Все интуитивно понимали, что он хотел просто пройтись один. И каждый раз вечером он заказывал безалкогольное пиво, чтобы участвовать в общем празднике. Я спросил, нравится ли ему в поезде, и он сказал, что да, нравится, и он даже хотел бы поехать, когда еще больше людей, например, в зимнюю поездку. Ближайшей зимой у него будет ретрит, и он никуда не будет выезжать, а следующей зимой это вполне может произойти. В течение всего путешествия встречи происходили непрерывно во всех городах, и у Кармапы почти не было свободного времени. Тем не менее, ему очень нравилась поездка, было видно, что он действительно хочет знать больше о людях и о стране, что это искренний, живой интерес. 

Евгения ПОЛОВНИКОВА: 

— Когда наш поезд достиг восточного предела России, было чуть-чуть жаль, что наша страна такая короткая. То ли действительно одного денька не хватило, чтобы полностью насладиться веселой поездкой с друзьями и ламами, то ли подсознательно почувствовался конец российского тура Кармапы, но покидать вагон совсем не хотелось. Впрочем, после экстремальных погодных вывертов в Иркутске и Улан-Удэ Владивосток показался почти курортом — солнце, океан и прекрасные приморские девушки… Владивостокский welcome tea превратился в хит-парад дальневосточных центров – народ из разных городов очень трогательно «дарил» Кармапе свои достижения. Когда все высказались, Кармапа сказал несколько приветственных слов, в завершение заметив, что «мы все достигнем Просветления». В этот момент сверкнула молния, загромыхал гром, и началась гроза. 
 

Этот текст был опубликован в 16 номере журнала «Буддизм.ru»