Ступа – символ Просветления

Анатолий Соколов

Летом 2017 года в Сибири появились две буддийские ступы: Ступа Просветления в Красноярске и Ступа Совершенной Победы на Байкале. Спроектировал ступы Войтек Коссовски, который получил передачу на строительство ступ еще от Лопёна Цечу Ринпоче. Мы побеседовали с Войтеком на церемонии инаугурации ступы в Красноярске.

Ты родом из Польши. Почему ты начал строить ступы?

Как обычно бывает в жизни, все произошло благодаря счастливому стечению обстоятельств. В 1984 году к нам в Польшу, которая тогда еще была коммунистической, приехал Лама Оле Нидал. Он познакомил нас с буддизмом и пробудил во мне интерес к буддийской философии. Затем я уехал из страны, два года работал в Африке, в Алжире.

Я вернулся в 1986 году. В скором времени с визитом в Польшу приехал известный и значимый тибетский лама — Лопён Цечу Ринпоче. Мы занимались организацией его пребывания в нашей стране. Именно тогда я впервые услышал поучения о ступах. Так было положено начало. У меня появился так называемый «крючок» — причина для дальнейшего развития событий.

Ты встретил Лопёна Цечу Ринпоче и сразу же загорелся идеей построить ступу?

Ничто не происходило внезапно. Тогда мы, скажем так, оказались вовлечены в жизнь Ринпоче, который, зная, что мы собираемся эмигрировать из Польши в Испанию, пригласил нас в Непал. Мы поехали в Непал, встретились с Ринпоче; он отправил нас в Румтек и другие города. Позже у Педро Гомеса из Испании, с которым мы дружим, родилась идея построить Ступу Калачакры. Тогда он спросил меня: «А не мог быты сделать проект этой Ступы?» Тогда же он попросил Лопёна Цечу Ринпоче быть духовным руководителем проекта. Так все соединилось.

Я правильно понимаю, что Ступа Калачакры была первой ступой, построенной по твоему проекту?

Ступа Калачакры была вообще первой ступой, построенной на Западе буддистами Алмазного пути. Также это был мой первый проект ступы. Насколько мне известно, архитектурные проекты, которые делали тибетцы, были скорее рисунками.

Как тебе удалось создать чертежи для постройки ступы?

Создание настоящего (в европейском понимании) проекта ступы было захватывающим приключением. Прошло около двух лет, прежде чем между мной и тибетцами возникло взаимное понимание.

Нашей задачей было понять, что можно изменить при проектировании ступы, а что должно оставаться неизменным. Так, например, форма ступы основана на строгой схеме из модулей — на этот счет я получил ясные наставления от Лопёна Цечу Ринпоче.

Есть прямая передача о том, как строить ступы; она идет от Пятнадцатого Кармапы. В этих поучениях много информации, в том числе о формах ступ. Но для того, чтобы создать технологию, выяснить, какие из материалов, традиционно используемых для строительства, должны обязательно присутствовать, а какие можно заменить современными, нам с Ринпоче пришлось проделать долгий путь, беседуя, строя модели, выясняя, что возможно, а что нет.

Работа была захватывающей и разносторонней, в том числе на уровне различия наших культур. У тибетцев, например, не принято задавать прямых вопросов. И нужно было придумать, как общаться с Ринпоче. Я нашел способ. Задавая вопрос, я всегда готовил три варианта ответа. Я спрашивал: «Ринпоче, должны ли мы сделать это так или можем вот так, или есть еще третий способ». Это работало. Ринпоче выбирал что-то наиболее подходящее, и мы, таким образом, приближались к взаимопониманию. Так происходила передача знаний.

Однажды был забавный случай. Мы строили уже вторую или третью ступу на Западе. Как европейский архитектор я старался следовать западным стандартам: лучше меньше, чем больше, а простое и ясное — красивее, чем усложненное. В азиатской традиции, особенно в традициях строительства ступ в Катманду, действуют другие принципы: все очень разноцветное, много орнаментов, украшений и так далее.

В Бутане, где родился Лопён Цечу Ринпоче, архитектура очень высокого качества, но она тоже основана на восточных стандартах, то есть снаружи все очень богато украшено. Когда я предложил проект ступы в Линце из белого мрамора и без разноцветных украшений, Лопён Цечу Ринпоче спросил: «Войтек, что случилось? Кончились деньги?» Я ответил: «Нет, Ринпоче, а что?» — «Почему нет украшений и все одного цвета?»
Тогда я попытался объяснить наш подход к дизайну. Я сказал: «Если в Азии строение слишком украшено и разрисовано, это значит, что оно имеет большую ценность. На Западе, наоборот, чем меньше, тем лучше». Ринпоче ответил: «Да, очень интересно».

Тогда я сказал: «Насколько я понял, одна из функций ступы — очаровывать людей; поэтому мы должны привлекать их, исходя из того, что им нравится, и избегать того, что им не нравится». Ринпоче ответил: «Да, ты прав. С этих пор ты заботишься о том, что снаружи, а я забочусь о том, что внутри». Как все великие ламы, Лопён Цечу Ринпоче умел отказываться от каких-то традиционных вещей ради истинного блага.

Как создавался первый эскиз? Тебе пришлось измерять различные ступы? Как были перенесены восточные пропорции на западные чертежи?

Это был долгий процесс, который координировал Ринпоче. Первая ступа — Ступа Калачакры — строилась по различным источникам, которые мы совместили, собрав вместе всю доступную информацию.

В следующий раз Лопён Цечу привез древний текст Пятнадцатого Кармапы. В то время он путешествовал и остановился у нас в гостях. Ринпоче отослал всех, кто был в доме, за покупками, а мне сказал: «Войтек, принеси карандаш, бумагу и садись рядом». Я тогда уже немного выучил тибетский. Я понимал числа, которые записывал фонетически, потому что не знал алфавита, и помнил несколько самых простых слов. Лопён Цечу Ринпоче немного знал английский, хотя на людях никогда на нем не говорил. В общем, мы как-то понимали друг друга.

Ринпоче читал текст Пятнадцатого Кармапы, а мне надо было рисовать. Так, шаг за шагом, я нарисовал всю ступу снизу доверху, со всеми необходимыми деталями. Ринпоче был очень скрупулезен. Если какая-то линия или элемент оказывались недостаточно точными, он просил переделать, объяснял, как и почему.

Я тогда не понял, что это была своего рода передача. Но я, видимо, почувствовал, что происходит что-то особенное, и поставил на рисунке дату, а также назначение чертежа.

Только потом я понял, что произошло. Это была прямая передача линии Карма Кагью по строительству ступ. Именно с тех пор у меня есть совершенный образец строительства тибетских ступ в соответствии со школой Пятнадцатого Кармапы. Существует множество различных традиций строительства, но все наши ступы построены в соответствии именно с этой передачей.

Продолжая тему разных ступ на Востоке и Западе, не мог бы ты более детально рассказать, каковы различия в технологиях, материалах и так далее?

Различий очень много. Здесь другие материалы, технологии и даже время возведения ступ. В старые времена в Тибете ступу строили столько времени, сколько было необходимо. Когда мы впервые спросили Лопёна Цечу Ринпоче: «А когда инаугурация?» — он посмотрел на нас удивленными глазами и спросил: «А зачем вам это знать? Инаугурация будет тогда, когда будет, точно в день инаугурации».

Это был абсолютно ясный ответ с точки зрения восточного менталитета, но не понятный нашему западному уму. Тогда мы объяснили: «Ринпоче, всем надо заранее организовать свой отпуск, чтобы приехать. Нужно сейчас определиться с датой, иначе на инаугурации мы будем только вдвоем». Для западного общества фактор времени важен.

Накопленный на Западе опыт строительства позволяет возвести ступу за восемь недель. За 20 лет мы разработали технологию, благодаря которой можем работать очень быстро. В основном, конечно, изменения произошли в технологии и материалах. Например, большинство ступ в Тибете строились из кирпича, а кирпич делался из глины; поэтому ступы строились долго.

На Западе, в зависимости от размера ступы, мы используем либо бетон, либо натуральный камень. Использование новых материалов влечет за собой полное изменение технологии, даже в таком вопросе, как Древо жизни, которое находится внутри ступы и является одним из самых важных элементов.

В Тибете его устанавливали в основании ступы, и строительство самой ступы происходило вокруг него. Мы изменили эту технологию: теперь ступа строится целиком, а в центре остается свободный канал для Древа жизни, и оно устанавливается в самом конце. Это экономит время и существенно упрощает строительство, потому что не надо постоянно заботиться о Древе жизни посередине.

Эти и другие изменения я обсуждал с Ринпоче, и, если он говорил: «Да, хорошо, мы можем так сделать», — мы что-то меняли. А в последние годы оказалось, что ламы, руководящие строительством ступ, не могут проводить много времени на одном месте. Поэтому мы разработали систему, которая позволяет строить ступу за восемь недель и не требует постоянного присутствия Ринпоче. Он, по сути, нужен лишь последние четыре недели: после окончания всех подготовительных и бетонных работ, когда готово основание ступы.

Будучи западным архитектором, я, конечно, стараюсь следовать западным архитектурным стандартам. Было нелегко, особенно в самом начале, когда многие западные друзья думали, что если мы имеем дело с тибетской философией, то должны точно следовать канонам тибетской архитектуры и искусства. Я же старался привносить новые аспекты, менять то, что не было духовной сутью ступы и буддийского учения, а играло исключительно культурную роль. Работа была нелегкой, но вдохновляющей, и я продолжаю ее до сих пор.

Довольно часто можно услышать рассказы о том, что во время строительства, инаугурации ступ и просто рядом с ними происходят чудеса. Может быть, ты вспомнишь какие-то из них, наиболее тебя впечатлившие?

Чудеса! На самом деле, когда впервые случилось, скажем так, кое-что необычное, Ринпоче сказал: «Не говори об этом». Не потому, что это секрет. Причина в том, что подобные разговоры приводят к ожиданиям чудес. И если потом, или во время следующего строительства, ничего «чудесного» не произойдет, люди могут решить, что ступа недостаточно хороша, неправильно построена, или с ними самими что-то не так. Действительно, необычные вещи случались и во время инаугураций, и во время строительства многих ступ. Но причина того, что мы строим ступы, не в этом.

Считается, что ступы могут исполнять желания. Что ты об этом думаешь? Есть ли у тебя такой опыт?

Я бы ответил словами, которые часто говорила моя бабушка (она не была буддисткой и не имела о Дхарме никакого представления): «Если человек родился, то единственное, что в его жизни произойдет наверняка — это смерть. А все остальное — может, да, а может, нет сказать сложно». У меня был опыт, когда загаданные на ступе желания исполнялись. Что касается традиции делать пожелания, находясь у буддийской ступы, думаю, это должны быть хорошие пожелания.

Чем лично для тебя является процесс строительства ступ? Ведь это твоя тридцатая ступа, и значит, ты занимаешься этим большую часть своей жизни.

Да, неожиданно это стало важной частью жизни. Когда была завершена первая ступа, я не думал, что построю вторую. Помню, мне было грустно, что проект закончился, и я говорил: «Какое прекрасное приключение! Но теперь все прошло и уже не повторится». И с тех пор появилось тридцать ступ.

Действительно, это огромная часть моей жизни, чудесное время и значительный объем работы, которую большинство людей не видит: подготовка планов, проектов и так далее. А совместная международная работа, когда съезжаются друзья и делятся всем самым лучшим, — это же фантастика, верно? Я всегда берусь за проект с одинаковым энтузиазмом.

Причина в том же, о чем говорит Лама Оле Нидал, — это победа добра над злом. Вместо того, чтобы делать забавные, но бесполезные вещи, люди посвящают свое время чему-то очень идеалистическому. Нужно быть идеалистом, чтобы вложить средства и усилия в постройку здания, которое нельзя использовать: нельзя войти внутрь, нельзя продать, нельзя на нем заработать. Это просто символ Просветления. Возможно, нас мотивирует та положительная энергия, которая собирается вместе для строительства ступы. Не то чтобы я ее искал — она появляется сама, и каждый раз это чудесно.


Войтек Косcовски спроектировал и построил более тридцати ступ в Европе и России. Войтек родом из Польши, сейчас он живет в Германии. С 1984 года является учеником Ламы Оле Нидала, мастера традиции Карма Кагью. 

На снимке: Войтек Коссовски (справа) с Ламой Оле Нидалом во время инаугурации Ступы в Линце. Фото: DWBA

Перевод с английского Юлии Дмитриевой

Над текстом работала Мария Косовская

Этот текст был опубликован в 33 номере журнала «Буддизм.ru»