Гандхара: колыбель буддийского искусства

Елена Леонтьева

При жизни Будды Шакьямуни и на протяжении многих веков после его ухода в паринирвану к северо-западу от Индии располагалась страна под названием Гандхара. В начале нашей эры на трон в Гандхаре взошел Канишка — самый знаменитый правитель империи Кушан. Годы его правления принесли стране настоящий расцвет ремесел и были отмечены появлением буддийского изобразительного искусства.

Именно в Кушанской империи зародились буддийские скульптура и живопись, и Гандхара стала важнейшим центром их распространения. До нас дошли сотни изваяний, искусно выполненных из золотистого песчаника и представляющих как одиночные формы Будд или Бодхисаттв, так и большие сцены со множеством фигур, иллюстрирующие сюжеты сутр. Еще при жизни кушанский царь увидел заветный плод своих усилий — самую высокую ступу в буддийском мире. В наших единицах измерениях ее высота превышала бы 200 метров!

Первой столицей Гандхары был красочный город Таксила — там находился самый древний в мире университет, слава которого гремела не только по всей стране, но и за ее пределами. Туда ездили учиться знатные юноши из индийских семей. По-видимому, именно там штудировал медицину Дживака, внебрачный сын куртизанки Амрапали и короля Бимбисары, впоследствии ставший личным врачом Будды Шакьямуни.

Конечно, Таксила не была университетом в современном смысле слова — с кафедрами, залами для лекций и аудиториями для семинаров. Учителя жили каждый в своем доме, собирали студентов на занятия во дворах под раскидистыми деревьями и руководствовались собственными программами преподавания. Юноши, начиная с 16 лет, изучали там ведические науки, право, медицину, воинские искусства и даже мастерство охоты.

В IV веке до нашей эры территории Гандхары стали частью империи Александра Македонского. Тогда на эти земли пришла культура Греции. Великий университет Таксилы прекратил свое существование еще до греческих завоеваний, и мы почти ничего не знаем о Гандхаре того периода. Зато на переломе тысячелетий и в начале нашей эры о ней снова заговорили почти как о рае на земле.

К тому времени буддизм широко распространился по бoльшей части Азии в форме школ Малой колесницы. И везде Сангха успела разделиться — главным образом, на две части. Консервативное направление представляли школы строгого монашества, основывающие свое Учение на тексте Палийского канона. Важнейшими из них стали Сарвастивада и Тхеравада — последняя сегодня является правящей религией в пяти странах южного буддизма.

Вторая, либеральная часть, была представлена традицией Махасангики. Ее последователи издавна не желали оставаться только в узких рамках монашеского буддизма; им было интересно все новое — особенно поучения о пустоте и пути Бодхисаттвы, которые все чаще звучали в буддийских кругах. Недогматичные махасангики открыли двери своей общины для мирян. Именно в этой духовно восприимчивой среде начали распространяться сутры Махаяны — здесь Великая колесница встретила более чем радушный прием. Много общин Махасангики наряду с общинами Сарвастивады находилось и на территории Гандхары.

В начале нашей эры на трон в Таксиле взошел Канишка — самый знаменитый правитель империи Кушан. В исторической литературе встречаются весьма разные датировки его жизни — от 0-х до 270-х годов нашей эры. Принимая точку зрения большинства исследователей, мы здесь будем считать, что он правил во втором веке.

По всей вероятности, Канишка был потомком кочевых центральноазиатских племен, отличался невысоким ростом, монголоидными чертами лица, а также крутым и упрямым нравом прирожденного воина. В первые же годы своего правления он снарядил несколько военных походов, захватывая и присоединяя земли Индии и Центральной Азии. Кушанскую империю он расширил до Бактрии на западе и берегов Ганга на востоке, а на севере она теперь простиралась до Ферганы и Хотана.

Эпоха Канишки принесла настоящий расцвет искусств и ремесел. В частности, чрезвычайно интересны и познавательны монеты того периода. Первые монеты — в основном серебряные, обычно прямоугольной формы — ходили в Индии еще во времена Будды. Но царский двор Гандхары возвел изготовление монет в ранг искусства. Медные и золотые, они настолько разнообразны, богаты рельефными изображениями и надписями на разных языках, что фактически представляют собой целую энциклопедию по истории Кушанского царства. По ним можно судить, насколько многокрасочным был религиозный и культурный пейзаж при Канишке. Одни монеты украшены фигурками античных или индуистских богов, другие — формами древнеиранских божеств огня, ветра и т. д., третьи — изображениями Будд и Бодхисаттв.

Неизвестно, что пробудило в Канишке интерес к буддизму, но однажды по империи пронеслись удивительные слухи. Во время очередного военного похода царь захватил Паталипутру (ныне Патна) — древнюю столицу Магадхи. Рассказывали, будто чуть ли не главным трофеем победоносного императора стал знаменитый буддийский поэт и мыслитель Ашвагхоша, автор первых классических драм о Будде и его времени. Канишка пообещал дать захваченному городу относительную самостоятельность, если сможет увезти философа с собой в Гандхару. Так царь обрел личного наставника, а Магадха, оставаясь под протекторатом Кушана, в империю так и не вошла.

Годы правления Канишки отмечены появлением буддийского изобразительного искусства. До II века нашей эры никто не создавал изображений Будды Шакьямуни, а тем более других Будд или Бодхисаттв — ни в камне, ни на холсте. Будду представляли только в виде символов — например, колеса Дхармы или отпечатков ступней. Именно в Кушанской империи зародились буддийская скульптура и живопись, и Гандхара стала важнейшим центром их распространения.

До нас дошли сотни изваяний, искусно выполненных из золотистого песчаника и представляющих как одиночные формы Будд или Бодхисаттв, так и большие сцены со множеством фигур, иллюстрирующие сюжеты сутр. Примечательно, что первые в истории каменные Будды выглядели, как Аполлоны — ведь искусство Гандхары сложилось под влиянием позднего эллинизма. Весьма натуралистически выполненные, чувственные тела; греческие лица; тонкие драпировки; прически из локонов с характерными челками; часто усы — так представляли себе Бодхисаттв гандхарские художники. Чрезвычайно популярной в искусстве Гандхары была фигура Майтрейи, Будды следующей эпохи.

Судя по всему, Канишке не давала покоя былая слава его «коллеги» Ашоки, царя древней империи Маурьев. Ашока остался в истории как самый прогрессивный правитель Индии, преданный Дхарме Будды и своему народу; как строитель множества ступ и патрон третьего буддийского собора, созванного в Паталипутре в III веке до нашей эры. Глядя на деяния Канишки, можно представить себе, что ему не терпелось сравняться с Ашокой и по возможности превзойти его.

Кушанский император повелел укрепить и увеличить все ступы Ашоки, обложив их обожженным красным кирпичом, а вокруг них построить мужские и женские монастыри различных школ. Работа закипела, и вскоре паломник, проходя традиционным маршрутом от родины Будды до места его кончины, мог видеть повсюду монументальные строения во много этажей, окруженные вечнозелеными парками и чистыми водоемами. Сегодня, гуляя среди величественных руин в Капилавасту, Шравасти, Кесарии, Вайшали, Кушинагаре и других святых местах, можно с благодарностью вспомнить Канишку.

Однажды царь задумал провести в Гандхаре четвертый буддийский собор. Событие состоялось; собор длился почти год, и в числе других ученых знаменитостей на нем председательствовал «пленный» Ашвагхоша. По всей вероятности, именно на этом соборе школы Хинаяны окончательно отмежевались от махасангиков, а те приняли Махаяну в качестве своего главного учения.

Консервативное сообщество долго не могло смириться с известием о существовании второй, «великой» колесницы. Но махаянские учителя объясняли, что в некоторые разделы своего Учения Будда посвящал не всех, а лишь немногих избранных последователей. В течение столетий эти поучения оставались тайной за семью печатями, пока на земле не родились люди, способные понять их и извлечь из них пользу. Это произошло в эпоху Кушан.

За несколько десятилетий гандхарские скульпторы в совершенстве овладели мастерством создания буддийских изваяний; в стране действовало несколько школ изящных искусств, где известные ученые подробно преподавали студентам канон Махаяны. Для того чтобы создать подлинный шедевр, художник должен был медитировать и настолько глубоко знать сутры, чтобы Будды и Бодхисаттвы приходили к нему, как друзья, даже во сне.

Но и такое участие в развитии буддизма не полностью удовлетворило самолюбие императора. Взяв за основу предсказание Будды о появлении Ашоки, царь пустил в оборот очень похожую легенду про самого себя. Она гласила, что однажды Будда с монахами посетил Гандхару. Посреди обширной долины они увидели мальчика, который лепил одна на другую горсти глины, так что получалось строение, очертаниями напоминающее ступу. Будда указал на мальчика и произнес: «Через много столетий этот ребенок станет великим императором и на этом самом месте возведет великую ступу».

Естественно, теперь Канишка затеял строительство ступы, самой высокой в буддийском мире — в наших единицах измерения ее высота превышала бы 200 метров! Наставник Ашвагхоша к тому времени давно ушел в Чистые страны, и мы не знаем, кто стал духовным отцом святыни Канишки. Есть предположения, что им мог быть знаменитый философ Нагарджуна, которого в Индии называют вторым Буддой.

Как бы то ни было, еще при жизни кушанский царь увидел плод своих усилий. Недалеко от современного города Пешавар (Пакистан) выросла грандиозная ступа, окруженная множеством маленьких ступ. Внутри главной святыни в золотом контейнере содержались реликвии, из которых самыми драгоценными были остатки костей Будды Шакьямуни.

Основания ступ покрывали барельефы, представляющие события из сутр и буддийских легенд. Без всякого пуританства изображались праздничные ритуалы с рядами полуобнаженных танцовщиц. Среди других фигур выделялся и сам Канишка — бородатый, в воинской одежде, опоясанной дорогим ремнем, в больших башмаках и со скипетром в руке.

Можно представить себе, как Нагарджуна, облаченный в шафрановую тогу, освящает это сооружение — при большом стечении народа, в присутствии императора и его приближенных; как чествуют придворных архитекторов и скульпторов, а в небе, раскинув крылья, кружат величавые орлы.

К сожалению, сейчас от ступы Канишки остались только руины, на раскопках которых работают отважные ученые. Статуи Будд, изготовленные в Гандхаре, мы видим лишь в музеях Лондона, Парижа, Дели, Патны и других городов за пределами мусульманских территорий. Многие фигуры повреждены — у большинства из них отбиты носы, поскольку воины ислама полагали, что без носа статуя не сможет дышать и погибнет. Но буддийское искусство, зародившееся в Гандхаре, распространилось по всем буддийским странам, меняя и совершенствуя свои формы. Сегодня оно вливается в европейскую культуру.

Этот текст был опубликован в 26 номере журнала «Буддизм.ru»