Речунгпа прощается с Миларепой

Цанг Ньон Херука

Великий йогин и поэт Миларепа, прожив долгую и яркую жизнь, ушел в чистые страны. Его провожали десятки учеников. Тело Миларепы приготовили к кремации и развели костер….

В это время Речунгпа практиковал в монастыре Лородол, что в Южном Тибете. Однажды утром, на заре, пре­бывая в смешанном состоянии созерцания и сна, он увидел толпу Дакинь: они намеревались унести в другой мир хру­стальную ступу, лучащуюся небесным светом. Сообщество Ваджраяны и мирские покрови­тели, прибывшие с четырех континентов и тол­пящиеся на земле, а также божества мужского и женского облика, заполонившие небо, воспе­вали хвалу этой ступе и поклонялись ей, под­нося невообразимые дары.

Внезапно к Речунгпе из ступы наклонился Мила. Ученик простерся, увидев Ламу, и услышал его слова: «Сын мой, хотя ты не прибыл вовремя, как я тебя просил, я счастлив оттого, что мы наконец встретились. Неизвестно, когда снова выпадет такая удача, так давай восполь­зуемся этой редкой возможностью». Лучась радостной улыбкой, Мастер несколько раз кос­нулся головы Речунга, и тот мгновенно осоз­нал уникальность этого события. Он ощутил такую преданность, какой не знал никогда раньше.

Когда Речунг проснулся, слова Мастера пом­нились ему очень отчетливо. В нем еще тепли­лась надежда, что Миларепа жив. В то же время было ясно, что в Чувар Речунг все равно прибу­дет с опозданием и нужно поторопиться, если он хочет в этой жизни еще хоть раз увидеть Учителя. Он призвал Миларепу с великой пре­данностью, и в небе возникли две женщины. Они сказали: «Речунг, твой Лама собрался в Чистую страну Дакинь. Если не поспешишь, ты больше никогда не прикоснешься к нему. Ступай сейчас же».

Предупреждение, полученное во сне, и чудесное явление, возникшее наяву в небе, заполненном радугами и светом, пробудили в нем и воспоминания о Ламе, и тревогу за его жизнь, и нестерпимое желание встречи. В утренних сумерках с первыми криками петухов Речунг покинул Лородол. Он погру­зился в особую медитацию на Учителя, назы­ваемую «Гуру-йога преданности», слившись с чистейшим сознанием Миларепы. Втягивая воздух всем телом и удерживая его вну­три, он со скоростью искусно выпущенной стрелы за одно утро преодолел такое расстояние, на которое обычному путешественнику понадобилось бы два месяца.

Когда солнце поднялось над горизонтом, он уже при­был к перевалу на склоне горы Пози между Дингри и Дрином и остановился отдохнуть на мгновение. Там он увидел невообрази­мое множество чудесных примет; они появ­лялись повсюду – в небесах, горах и доли­нах. Речунг обрадовался, еще не зная, что они предвещают. Над вершиной горы Джово Разанг появились бесчисленные небесные сыновья и дочери под куполами из света и радуг. С великой преданностью склонив головы, они несли в сторону Чувара несмет­ные подношения, земные и неземные, и шеп­тали слова благодарности.

Вскоре радость Речунгпы сменилась мрач­ными предчувствиями, и он спросил божеств: «Что случилось? Кому вы несете дары и почему вы опустили головы?»

Несколько богинь ответили: «Неужели ты был отрезан от мира? Возможно ли, что ты ничего не видел и не слы­шал? Мы, божественные существа высших миров, приготовили подношения святей­шему из земных учителей, Миле Смеющемуся Алмазу. Сейчас боги и люди Чувара проща­ются с ним, потому что Мастер переправля­ется в Чистую страну Дакинь».

Сердце Речунга затрепетало, словно пыта­ясь выскочить из груди. Он поспешил в путь и вскоре, не доходя до Чувара, увидел Учителя, сидящего на большом камне квадратной формы, похожем на основание ступы. Так же, как и во сне, Учитель обрадовался и при­ветственно поднял руку со словами: «Вот ты и пришел, сын мой». С огромным облегчением и радостью Речунг подумал, что Миларепа еще жив. Поклонившись Учителю в ноги, он начал что-то почтительно говорить, но Мила сказал только: «Следуй за мной, сын мой».

С этими словами Лама поднялся с камня и внезапно растаял в воздухе! Речунгпа, встревоженный еще сильнее, устремился вперед и быстро достиг Чувара. Зрелище того, что там происходило, не остав­ляло никаких надежд. Перед пещерой Учителя собрались все важнейшие ученики, йогины-репы, монахи и миряне. Они простирались в направлении останков Миларепы, и в их дви­жениях сквозила глубокая печаль. Несколько молодых монахов, не знавших Речунгпу в лицо, остановили его, не подпуская к телу Мастера. Тогда йогин поднес своему духовному отцу Миларепе семичастную песню скорби.

Учитель, защитник существ!
Лама, Будда трех времен!
Пребывая в мире великой мудрости и сочувствия,
Услышь эту горестную песню
Твоего несчастного ученика Речунга.

Драгоценный Учитель! Я скорблю и печалюсь.
Я спешил сюда в надежде побыть рядом с тобой,
Но мне не хватило благой заслуги
Даже на то, чтобы увидеть твое лицо.
Великодушный отец, подумай обо мне с любовью!

Перед тобой, Буддой трех времен,
Мудрым, сильным и сочувственным,
Я, нищий странник,
Почтительно простираюсь телом, речью и умом.

Подношу тебе в качестве ритуального дара
Всю практику медитации,
Что я совершал, выполняя твои указания.

Признаю все свои ошибки,
Дурные дела, искаженные взгляды
И восхищаюсь твоими превосходными качествами.
Пожалуйста, вращай колесо тайного Учения
И оставайся здесь, не исчезай в нирване!
Пускай все мои благие деяния
Служат свершению твоих намерений!

Пусть благодаря этой заслуге
Мне, йогину с дурной кармой,
Посчастливится увидеть лицо моего усопшего
Мастера!
Я был первым, кого ты принял в ученики, –
А сегодня не могу к тебе прикоснуться!

Мне не довелось застать тебя в живых,
Но позволь мне взглянуть на твои останки!
Представ перед ними, я попрошу:
Мастер, явись мне в жизни или медитации
И подари устные наставления
О том, как искоренить все помехи
В двух фазах тантрической практики!

Учитель, кто больше нас, твоих духовных сыновей,
Нуждается в твоей великодушной поддержке?
Крепко держи нас железным крюком сострадания!
Покоясь в невидимом пространстве подлинной
природы,
Не своди с нас сочувственного взора!

Твой вестовой Речунг обременен неведением –
Взгляни на него с любовью, Будда трех времен!

Твой сын Речунг измучен пятью ядами –
Повернись к нему лицом,
Мастер пяти видов просветленной мудрости!

Посмотри на всех существ оком своей доброты –
И особенно на меня, Речунга!

Как только он закончил петь, лицо покой­ного Учителя сразу перестало светиться, а из тела, наоборот, полыхнуло пламя. Голос Речунга слышали его ваджрные братья – йогины-репы Шива О, Нгендзонг, Себан и некоторые другие, а также их мир­ские последователи. Прервав медитацию, они вышли поприветствовать опоздавшего друга. Но он был так обескуражен поведением мона­хов, преградивших ему путь к телу Ламы, что некоторое время просто пел песню и никого не замечал. Вдруг сам великий Учитель, который уже ушел было в Ясный свет, вернулся к жизни и сел на своем ложе. Обращаясь к невежествен­ным юношам, он произнес: «Негоже мешать такому человеку! Как гово­рят, «один живой лев лучше, чем сотня тех, кто ему подражает»! Пропустите его ко мне».

Речунгу Мила сказал: «Сын мой, не расстраивайся из-за пустяка. Подойди к своему отцу!» Все застыли, словно пораженные громом. Речунг, рыдая, бросился обнимать и от радости лишился чувств. Когда он пришел в себя, все великие уче­ники, йогины, монахи и миряне сидели перед кремационной ступой. Миларепа выгля­дел совершенно здоровым. Он появился как воплощение неразрушимой подлинной реаль­ности, единство формы и пустоты. Восседая на лотосе с восемью лепестками, Учитель сиял, как пестик цветка. Он сидел в позе царственной расслабленности, спустив с сиденья одну ногу, а другую подогнув под себя. Протягивая правую руку в мудре обучения, он усмирял языки пламени, а левую руку держал в мудре поддержки, касаясь левой щеки. Он обратился ко всем ученикам и последователям со словами: «Послушайте ответ на песню Речунгпы и запомните последние слова уходящего ста­рика». Прямо из кремационной ступы Миларепа спел ваджрную песню под названием «Шесть существенных правил»:

Драгоценный Речунг, сын моего сердца!
Послушай мою последнюю волю и наставления.
В океане трех сфер обусловленного существования
Иллюзорное физическое тело – великий злодей.
Жажда земных благ не дает ему покоя,
И нет времени оставить повседневные дела и заботы.
О, Речунг,
откажись от мирских стремлений.

В шумном городе иллюзорного тела
Невещественный ум – великий злодей.
Он мечется вслед за телом из плоти и крови,
И нет времени постигать подлинную реальность.
О, Речунг,
тщательно исследуй ум и узнай его природу!

На границе между формой и восприятием
Изначальное знание – это великий злодей.
Оно гоняется за всем случайным и второстепенным,
И нет времени постигать смысл Нерожденного.
О, Речунг,
не сходи с царского трона высшей истины.

На границе между этой жизнью и следующей
Двойственное сознание бардо – великий злодей.
Лишившись тела, оно суетится в поисках нового,
И нет времени осознать, каким все является.
О, Речунг,
неуклонно продвигайся к знанию подлинной природы.

Обманчивый город шести классов существ
Полон дурной кармы, вредных поступков и загрязнений.
Там кипят бесконечные страсти,
И нет времени понять единую природу всего сущего.
О, Речунг,
откажись от желания и ненависти.

В невидимом обширном пространстве
Есть Будда, который игриво шутит над нами,
Показывая относительные иллюзии.
И нет времени познавать абсолютную истину.
О, Речунг,
отбрось рассудочное мышление!

Ламы, Йидамы и Дакини едины в своей сути –
Призывай их!
Взгляд, медитация и действия едины в своей сути –
Совершенствуй их!
Жизнь, перерождение и промежуточное состояние бардо
Едины в своей сути –
Познай их!

Это мои прощальные наставления,
Это моя последняя воля.
Речунг, мне больше нечего сказать.
Сын, посвяти себя этой практике.

С этими словами великий Миларепа растворился в Ясном свете.

Этот текст был опубликован в 24 номере журнала «Буддизм.ru»