Шераб Гьялцен близкий ученик Шестнадцатого Гьялвы Кармапы Рангджунга Ригпе Дордже
 
 

Главные события

14.12.2017 - 20.12.2017

Он традиционно состоится в Бодхгае (город в Индии, где Будда Шакьямуни достиг ...

17.12.2017 - 17.12.2017

Лама Оле Нидал будет проводить медитационные курсы и лекции в обоих полушариях. ...

27.12.2017 - 01.01.2018

Это первый буддийский курс в Великобритании подобных масштабов — участие в нём ...

13.01.2018 - 31.01.2018

В целом традиционный паломнический тур по стране продлится один месяц. География тура ...

 

Ближайшие события

 
 
Главная  → Разное  → Для внутреннего пользования  → Как функционируют наши центры  → Пространство для Просветления. Буддийский центр – место для работы с умом

Пространство для Просветления. Буддийский центр – место для работы с умом

Буддийский центр – это люди 

Любая духовная традиция держится на приверженцах, она начинается с человека и закрепляется передачей знаний и опыта другому человеку. Только люди могут нести в себе духовный опыт и понимание сути явлений, передавая их от учителя к ученикам, из поколения в поколение. Только люди, таким образом, являются истинной буддийской общиной или центром, а не предметы, здания или книги. Важность сообщества практикующих подчеркивается тем, что оно воспринимается как одна из Трех драгоценностей, в которой принимает прибежище буддист. Однако людям, обладающим телами и физиологическими потребностями, всегда нужно помещение для встреч, для любой деятельности. И хотя Будда Шакьямуни давал свои поучения в любой обстановке, в рощах, под сводами тропических деревьев или навесов, в последующие столетия его последователи построили в Индии крупные университеты для изучения Дхармы, создали специализированные помещения, где ничто не отвлекало от медитации. Желание уединиться, чтобы на 24 часа погрузиться в практику и полностью посвятить себя ей, выразилось в появлении закрытых комплексов для медитации, обучения и проживания – монастырей, сначала в Индии, а с распространением буддизма и по всей Азии. Одновременно монастырская организация жизни позволяла поддерживать многочисленных практикующих, давая им кров и пищу. Как и везде, монастыри жили за счет пожертвований со стороны мирян, монахи же своим трудом лишь обеспечивали внутреннюю хозяйственную жизнь.

Монастыри и храмы как отражение культуры и традиции

Тибетские монастыри сегодня – это величественные здания с темно-красным интерьером, колоннами и традиционной росписью внутри. Внутренние стены монастырей используются для «наглядной агитации», их обычно украшают поучительными историями из жизни Будды или его последователей. Это могут быть двенадцать историй из жизни исторического Будды, либо графическое жизнеописание знаменитых индийских или тибетских йогинов, таких как Миларепа, изображения восьмидесяти четырех махасиддхов с их характерными атрибутами, линии передачи традиции, к которой относится этот храм… В традиции Тхеравады стены могут быть не расписаны вообще, а в китайской и японской традициях стены часто украшаются изображениями ближайших учеников Будды или Архатов. Это также отражает и различия в принципах практики между Тхеравадой, признающей в качестве полностью Просветленного лишь Будду, Махаяной, где внимание уделяется сочувствию Бодхисаттвы и активности на благо других, и Алмазным путем, в котором главными являются прямая передача и связь с учителем.

Так, архитектурный и дизайнерский стиль помещения для буддийской практики во многом зависит от направления практикуемой традиции и культуры данного места. Например, мы почти не найдем в Китае буддийских монастырей в традиционном индийском понимании с монахами, оторвавшимися от мира. Дело в том, что при переходе буддийских поучений из Индии в Китай замкнутый монастырский стиль Тхеравады не прижился, поскольку практичных китайцев совсем не привлекала идея ухода из мира ради достижения нирваны. Зато их впечатлили махаянские идеи о добре и сочувствии, принесении сознательной пользы другим. Таким образом, монастырский стиль Индии трансформировался в Китае в храмы Махаяны, открытые обществу, где любой мирянин, не отрываясь от семьи и работы, мог стать чуть-чуть лучше благодаря участию в ритуалах и получению поучений.

И хотя Будда Шакьямуни давал свои поучения в любой обстановке, в рощах, под сводами тропических деревьев или навесов, в последующие столетия его последователи построили в Индии крупные университеты для изучения Дхармы, создали специализированные помещения, где ничто не отвлекало от медитации.

Встречающийся в Тибете «монастырский» стиль в архитектуре и дизайне мы и сегодня можем назвать «традиционным». Однако он в первую очередь отражает тибетскую традицию, сложившуюся в данной культуре, являясь в меньшей степени частью буддийской практики. В самом Тибете лишь монахи замыкаются в монастырских стенах, миряне практикуют дома, а йогины – в пещерах. Сами поучения Будды, как и методы работы с умом, остаются неизменными, в какую страну и в какие стены они бы ни попали. Настенная роспись может явиться хорошей иллюстрацией к поучениям, рассказам о деяниях Будды и его учеников, мотивировать нас на практику, но не является необходимым атрибутом работы с умом, который, как известно, сам по себе не имеет ни формы, ни цвета. Конечно, внешние визуальные образы, такие как изображения Будд, Бодхисаттв и великих учителей, тханки, важны для практики отождествления, поскольку из-за доминирования зрительного восприятия «что нас окружает, тем мы и являемся». Они также помогают на первых шагах в обучении искусству медитации, однако количество этих изображений в месте для медитации может быть индивидуальным, все зависит от культуры и традиции данного места.

Монастырская жизнь

Тибетские монастыри часто располагаются в труднодоступных местах – на высоких склонах, и выглядят достаточно таинственно. И это логично, ведь монахи, отделенные от простых обывателей, отказавшись от всего мирского, посвятив себя изучению Дхармы, должны выглядеть несколько «другими», чтобы подчеркивать свой статус. Ведь они живут на пожертвования, кроме того, по совместительству обслуживают население окружающих деревень необходимыми ритуалами и церемониями.

Монастырская жизнь запрограммирована с момента, когда трех- или пятилетнего ребенка приводят в монастырь, и до конца его жизни. Монахи с детства живут и обучаются в монастырях, поддерживая существование своего храма и жилища собственными силами – занимаясь хозяйством, строительными работами и всем остальным. Их жизнь подчиняется жесткой иерархии и дисциплине – более опытные учат молодых, весь день расписан по часам и минутам, а само обучение занимает долгие годы. Во главе монастыря стоит старший лама. Жизнь монаха с детства до старости и смерти в традиционном монастыре сегодня – это и детский сад, и школа, и армия, и работа, и семья в одном месте среди одних и тех же товарищей, то есть все, что любой из нас проходит в течение жизни, самостоятельно выбирая свою социальную среду.

Центры медитации на Западе

Архитектурный стиль помещения для буддийской практики во многом зависит от культуры, в которой оно находится, и от традиции, к которой относятся практикующие. В идеале полезно найти золотую середину между тем и другим. Если спланировать помещение правильно, можно добиться того, что сама планировка и дизайн будут помогать нам в работе с умом, продвигая нас на пути. Проблема в том, что никто никогда не учил тому, как перенести учение Будды в другую культуру, гордую своими сильными традициями. Нет ни текстов, ни поучений о том, как построить такой центр медитации, который органично впишется в современный западный мир. Поэтому все шаги в этом направлении, которые были предприняты в последние десятилетия многими учителями, решившимися учить в западном мире, были сделаны методом проб и ошибок. Некоторые попытались воссоздать на Западе «маленький Тибет», перенеся почти в неприкосновенности монастырский стиль жизни и практики, вместе с обетами и монастырями. Сегодня вполне тибетские по стилю и наполнению монастыри можно найти, например, во Франции и Швейцарии. Европейцы в этих монастырях одеваются в традиционные буддийские одежды и поют пуджи на тибетском языке. Обычно такими монастырями руководят ламы-тибетцы, в свое время бежавшие от верной погибели в захваченном Тибете. Многие из них, обретя вторую родину, живя по 30–40 лет в Европе, говорят и учат на своем родном тибетском языке с переводом. Эти монастыри по архитектуре и дизайну почти ничем не отличаются от тех, что стоят в Тибете, за исключением разве что материалов и методов строительства. Европейские строительные нормы требуют использования современных безопасных и экономичных строительных технологий. Как и в Тибете, часто такие монастыри располагаются высоко в горах, вдали от мирской суеты, с красивым видом на долину.

Другие ламы создали центры изучения Дхармы для мирян, где они преподают на европейских языках. Эти центры могут быть оформлены в разных стилях, в зависимости от того, какие возможности есть у этого центра и насколько лама, основавший его, придерживается традиционного тибетского стиля. Здесь наблюдается большое разнообразие архитектурных и дизайнерских стилей, многое зависит от конкретных условий. Как мы помним, центр изучения Дхармы или центр медитации – это в первую очередь люди, и они могут встречаться в любом месте, будь то жилая квартира или дом, или съемное помещение. В этих случаях речи о каком-то специальном дизайне, а тем более об архитектуре идти не может. За исключением традиционного алтаря в комнате для медитации, все остальное здесь может быть вполне современным и «нетрадиционным» для буддийского мира.


Центры Алмазного пути

Появление в западном мире центров медитации Алмазного пути, где можно собираться, практиковать, слушать лекции и изучать буддизм, явилось одним из признаков передачи буддийских методов на Запад. Центры Алмазного пути, основанные в последние 40 лет Ламой Оле Нидалом по поручению Кармапы XVI, подходят современным образованным людям, для которых существуют специальные буддийские методы мирян и йогинов. Эти центры для тех, кто не хочет уходить из общества, принимая монашеские обеты, у кого есть работа, семья и дети.

Формальная практика в таких центрах – это медитация каждый день, индивидуальная дома или общая в буддийском центре, время от времени – это уединение на несколько дней или недель. Повседневной и постоянной неформальной практикой тогда является поддержание чистого видения в долгих промежутках между формальными медитациями. Поэтому, чтобы практиковать, современным буддистам-мирянам необязательно жить в специальном защищенном месте вроде монастыря. В буддийский центр практикующие приходят так часто, как получается, и здесь они не только занимаются формальной практикой, но и укрепляют связи с друзьями, едят и празднуют вместе, ведь одно из названий традиции Карма Кагью – Карма Камцанг, что в переводе означает «семья».

Поэтому центры Алмазного пути имеют свою специфику, как в плане организации, так и в плане дизайна и архитектуры, если это большой проект и есть где развернуться архитектору. Начинается все по мере возможности, обычно новая группа собирается в чьей-либо частной квартире, которую сложно назвать «центром». Это отдельная или не совсем отдельная комната, где проводятся регулярные медитации. Здесь мало что может напоминать о буддийском центре – возможно, это лишь небольшой алтарь среди мебели и личных вещей хозяина дома. Когда этого пространства становится мало или хозяин дома слишком явно показывает, что все находятся у него в гостях, а не в буддийском центре, возникает вопрос об аренде нейтрального помещения. Это может быть квартира с отдельной комнатой для гомпы – помещения для медитации и сдаваемыми внаем комнатами или нежилое помещение, снимаемое несколько раз в неделю. И в этом случае дизайн во многом зависит от того, какое помещение удалось снять. Важно, чтобы здесь было чисто и отремонтированно, а алтарь – место, где находятся символы совершенства – статуи и изображения Будд, был бы ухожен и в порядке.

Настоящее раздолье для проявления фантазии в дизайне появляется, когда буддийский центр приобретает себе помещение. Здесь важно все, и район, и место, и вид, и планировка – ведь это помещение надолго, оно должно быть удобным и доступным, вдохновлять на практику и привлекать людей.

Location, location, location.

В поисках помещения, которое будет служить как центр Алмазного пути, полезно руководствоваться в первую очередь не сиюминутными интересами существующей, возможно, малочисленной группы, а смотреть на 50, 100 или больше лет вперед. Поскольку центр создается не только для группы в нынешнем формате, а для пользы всех людей данного города, место должно быть доступным с транспортной точки зрения из всех районов. Лучше всего, если это исторический центр. Кроме того, красивый вид с высоты на город или природу поможет пришедшим отвлечься от будничной суеты, перевести взгляд с сиюминутных мелочных проблем на далекую перспективу, вдохновляя тем самым на практику. Безграничное пространство перед нами даст ощущение бесконечных возможностей нашего ума, само по себе приводя в состояние медитации. Оно поможет расширить взгляд от узкого, зацикленного на мелких личных проблемах к широкому пониманию связи между всем в этом мире. Поэтому, если в городе есть возвышенности или холмы, хорошей идеей является поискать место с красивым видом на далекую перспективу.

Буддийский центр – общественное место

Буддийский центр – общественное место со всеми вытекающими отсюда последствиями. Это предполагает, что каждый желающий может попасть туда без проблем и без необходимости преодоления внутреннего барьера перед проникновением на закрытую территорию. Это возможно, если вход в буддийский центр прямо с улицы, даже если это всего лишь квартира на первом этаже и если над входом висит ясная табличка с указанием того, что здесь находится. Лучший способ опустошить центр от людей – убрать все опознавательные знаки с центра и сделать вход в дом со двора, из-за высокого забора. В этом случае можно ожидать появления приятного «междусобойчика» для друзей, но никак не расширения активности центра для пользы всего города.

Гомпа – центральное место

Гомпа – центральное место в любом буддийском центре, она является и местом для медитаций и лекций, может служить местом для собраний и обсуждений, требующих участия всего центра. Традиционно в буддийских храмах по всему миру гомпа располагается на первом этаже, через широкий главный вход туда легко попасть любому посетителю. Поскольку именно гомпа в первую очередь является местом для работы с умом, хорошо, если именно из нее открывается самый красивый вид на далекую перспективу. Тогда, медитируя, практикующие смогут «почувствовать» пространство, открывающееся перед их взором. В целом в центрах Алмазного пути стремятся следовать традиции расположения гомпы на первом этаже, чтобы помещение для Дхармы и медитации доминировало в центре. Расположение гомпы на других этажах также возможно, если есть достаточно оснований, например, конструктивные особенности здания либо открывающийся с этого этажа вид. 

В отличие от монастырского стиля основа центров Алмазного пути – это группа. Здесь нет никакой иерархии, или одного главного человека, живущего в центре.

Место для медитации и место для общения

Кроме гомпы – помещения для медитации, в современном буддийском центре важно иметь место для общения, поскольку практика не заканчивается лишь формальной медитацией. Это гостиная, возможно, совмещенная с кухней.

Большие столы на кухне и в гостиной, уютные кресла и диваны в разных уголках центра – дружелюбное пространство само приглашает к общению, ведь основа развития в центрах Алмазного пути – это дружба и совместная работа. А совместной работы здесь предостаточно – благодаря тому избытку, который практикующие накапливают в повседневной жизни, и пониманию, насколько драгоценно Учение, появляются проекты выставок, фестивалей, курсов, изданий книг – и возможность для обсуждения и реализации таких проектов нам предоставляет центр.

Живут же люди!

В отличие от монастырского стиля основа центров Алмазного пути – это группа. Здесь нет никакой иерархии, или одного главного человека, живущего в центре. Полезно, если в центре живет несколько человек, которые берут на себя обязательства поддерживать функционирование центра изнутри. Помимо работы и других забот обычной жизни, благодаря эмоциональному избытку, они берут на себя ответственность за буддийский центр – место, где собираются практикующие со всего города. При этом они не получают никакого привилегированного положения и даже приватного пространства, наоборот, говоря словами Ламы Оле, жильцы – это «рабы центра». Ведь буддийский центр – это место, где даже гости чувствуют себя дома, и между резидентами и остальными буддистами нет никакой разницы. Несмотря ни на что, жильцы центра, откладывая свои личные дела, всегда должны быть готовы приветливо встретить гостей и ответить на их вопросы. Поэтому кроме приятной составляющей – проживания рядом с друзьями и в гуще событий, жильцы должны быть готовы к отказу от личного пространства, что само по себе является буддийской практикой, через которую полезно пройти многим. В этом смысле хорошо, если жильцы центра периодически меняются, что дает возможность каждому попробовать себя в этой роли.

Вход в центр – первое впечатление

Входная группа производит первое впечатление на всех приходящих, поэтому ей нужно уделить особое внимание. Полезно учитывать, что все, кто пришел на лекцию или медитацию в гомпу, должны сначала снять верхнюю одежду и обувь на входе. То есть если гомпа вмещает 300 человек, значит, на входе должно поместиться 300 курток и пальто и 300 пар обуви, кроме того, нужно достаточно пространства, чтобы хотя бы 10–15 человек могли раздеваться и разуваться одновременно, иначе либо не нужна такая большая гомпа, либо на входе всегда будет толкучка. А одежда и обувь будут свалены в одну кучу.

Учитывая, что в большинстве буддийских центров Алмазного пути люди ходят босиком, а в российских реалиях на улице редко когда бывает чисто, полезно обратить внимание на разделение чистых и грязных зон на входе, чтобы посетители не ходили в грязной обуви по чистому полу и в носках по грязной жиже от обуви.

Прозрачный дизайн полезен для развития

С одной стороны, в буддийском центре все устроено функционально и удобно для большого количества людей, с другой – прозрачно и наполнено пространством возможностей. Для этого можно использовать стеклянные стены между комнатами и большие окна, соединить пространства первого и второго этажа, не разделяя помещения колоннами и используя светлые цвета и не слишком много разных материалов. Лама Оле говорит нам о том, насколько важно пространство в нашем уме – то, что происходит между и за мыслями и чувствами, то, что кроется за картинками в зеркале, потому и в архитектуре центров стоит делать все, чтобы передать это ощущение всем пришедшим. Основные принципы здесь – это много света и минимализм в выборе материалов, в таком интерьере ум расслабляется естественным образом и сам обнаруживает собственное богатство. Получается, что в буддийском центре практике служит не только гомпа, где нет ничего лишнего, и главная цель которой – настроить ум на медитацию, но и все внутреннее пространство центра. Здесь важно, чтобы все в центре чувствовали себя расслаблено, чтобы все было просто и ясно, не было бы ничего таинственного и мистического. Поэтому вместо традиционного тибетского стиля в центрах Алмазного пути используется традиционный европейский – понятный людям на Западе. В этом помогают современные технологии и материалы, хорошее чувство вкуса и актуальные дизайнерские находки.

 

 Анатолий Соколов и Ксения Земцова

 

 

 

Поделиться:

 
Подписаться:
«Буддизм сегодня»
RSS
 
 
 

«Ожидания и опасения показывают инертность ума. Мы не находимся в настоящем моменте!»

Лама Оле Нидал

Новости центров