Шамар Ринпоче
Шамарпа Ринпоче – второй высочайший лама в иерархии духовных учителей Карма Кагью
 
 

Главные события

19.10.2017 - 19.10.2017

Лама Оле Нидал будет проводить медитационные курсы и лекции в обоих полушариях. ...

14.12.2017 - 20.12.2017

Он традиционно состоится в Бодхгае (город в Индии, где Будда Шакьямуни достиг ...

13.01.2018 - 31.01.2018

В целом традиционный паломнический тур по стране продлится один месяц. География тура ...

 

Ближайшие события

 
 
Главная  → Учение  → Статьи  → Линия преемственности  → Освобождение от иллюзий и встреча с Мастером. Из книги «Танцующая в небе. Биография и песни Йеше Цогьял»

Освобождение от иллюзий и встреча с Мастером. Из книги «Танцующая в небе. Биография и песни Йеше Цогьял»

Йеше Цогьял

 

Принцесса страны Карчен Йеше Цогьял была необычным ребенком, что проявилось еще при рождении. Когда ей исполнилось 12 лет, слава о ней достигла даже самых отдаленных уголков Тибетского королевства.

Когда в Карчен потянулись толпы желающих взять меня в жены, мои родители и их помощники и служащие устроили совет по поводу моего замужества. Все единодушно решили, что если не будет специального требования императора, то меня не отдадут в жены никому из просителей, — слишком велика опасность вражды между претендентами. Это решение было обнародовано, и гости разъехались по домам.

Вскоре князь области Карчу по имени Пелги Шённу приехал просить моей руки и привел с собой три сотни лошадей и мулов, нагруженных различными дарами. Одновременно прибыл Дордже Вангчуг, князь Зуркхара, с подобными же подношениями. Для моих родителей пойти навстречу одному из них означало вызвать недовольство другого, и поэтому они попросили меня сделать выбор самостоятельно.

«Я не пойду ни с тем, ни с другим, — заявила я. — Поступить иначе — значит потерять драгоценное время и еще глубже погрузиться в обусловленный мир. Свободу так трудно обрести! Прошу вас, прислушайтесь к этим словам».

Несмотря на то что я так горячо умоляла их, родители были непреклонны.

«Во всем мире, — сказал мне отец, — не найдется дворцов красивее, чем дворцы этих двух князей. Тебе неведомо, что такое любовь к родителям! Я не смогу выдать замуж такую дикарку, как ты, ни в Китае, ни в Хоре. Я отдам тебя в жены одному из этих князей».

Затем отец обратился к претендентам:

«Моя дочь говорит, что она вообще не хочет замуж. Поэтому если я просто отдам ее одному из вас, другой станет оспаривать это — и она останется здесь. Вам обоим знакомо такое соревнование: я выпущу ее из дома, и тот, кто первым прикоснется к ней, получит ее. Но проигравший не должен возражать — в противном случае я буду жаловаться императору, и он накажет вас».

Затем он нарядил меня в парчовые одежды, дал мне сто лошадей с приданым и насильно выпроводил из дома. Как только я вышла за ворота, соперники тут же кинулись ко мне. Слуга Карчупы Шантипа первым настиг меня и обхватил за грудь, пытаясь утащить за собой. Но я обхватила ногами большой камень так сильно, что, казалось, мои ступни провалились в него. Сдвинуть меня с места было все равно, что сдвинуть гору, и никто не смог этого сделать. Тогда эти злодеи взяли связку железных прутьев, сорвали с меня одежду и принялись стегать мое тело. Я пыталась объяснить им:

Это тело — плод многих усилий,

Накопленных за десять тысяч лет.

Если я не смогу в этом теле достичь Просветления —

Никто не заставит меня осквернить его жизнью в сансаре.

Возможно, вы самые знатные и сильные люди в Карчу,

Но природа, увы, не дала вам ни капельки здравого смысла.

Лучше убейте меня.

Мне все равно.

Слуга по имени Шантипа отвечал мне:

Девушка,

В твоем восхитительном теле гнилое нутро.

Твоя тонкая кожа рождает трепет в сердце князя,

Но ты, как сухая фасоль:

Снаружи блестишь, а внутри словно камень.

Прекрати свои глупые выходки

И стань княгиней Карчу!

Я не уступала:

Драгоценное человеческое тело трудно обрести,

Но родиться в таком теле, как твое, проще простого.

Твое презренное тело даже трудно назвать человеческим.

Зачем мне идти с тобой и становиться княгиней Карчу?

И они продолжали хлестать меня железными прутьями, пока моя спина не превратилась в кровавое месиво. Тогда, не в силах снести физическую боль, я поднялась и последовала за ними. В тот вечер слуги и их господин, расположившись лагерем в Дракде, праздновали победу, пели и плясали. Я же в глубокой печали безутешно плакала. Хотя в голове у меня возникало много планов, я не видела ни малейшей возможности убежать. Голосом, дрожащим от горя, из последних сил я умоляла всех Будд десяти направлений:

Будды и Бодхисаттвы всех направлений, защитники существ!

Сочувственные стражники, обладающие глазом мудрости,

У вас есть магические силы и легионы помощников.

Пришел час, когда вам нужно выполнить свои обещания.

Мои мысли, белые, как ледниковые склоны на солнце,

Почернели и стали, как черная глина этого чужеземного демона.

Сжальтесь надо мной!

Мои правильные мысли, драгоценные, как золото,

Стоят сегодня меньше, чем бронза этого чужеземного демона.

Защитники, обладающие глазом мудрости,

Услышьте мои слова!

Мои чистые намерения, драгоценность исполнения желаний,

Сегодня ценятся ниже, чем камни этого чужеземного демона.

Чудотворцы, покажите, на что вы способны!

Я надеялась достичь Просветления в этом теле и в этой жизни,

Но этот чужеземный демон тащит меня в пучину сансары.

Вмешайтесь скорее в ход событий,

Остановите несправедливость,

Сочувственные покровители!

Как только я допела эту песню, пьяное оцепенение сковало мужчин, и они заснули как мертвые. Тогда я убежала, унеслась быстрее ветра. Через гряды гор, снежные перевалы и долины я двигалась на юг.

Наутро мои тюремщики очнулись и в гневе бросились искать меня. Тщательно прочесав весь Карчен, они удалились в Карчу с пустыми руками.

В это время Пема Джунгне (Гуру Ринпоче — прим. пер.) возвратился в Чимпху, моментально появившись из страны Оргьен. Наши злодеи-министры обнаружили его и хотели уничтожить. Они двинулись в Чимпху, но, будучи уже на подходе к цели своего путешествия, увидели впереди огромный столб пламени. Им пришлось отказаться от своего намерения — испуганные и пристыженные, министры вернулись в Самье. Там они обратились к императору:

Властелин мира, повелитель людей, божественный правитель!

Инородец, бродячий дьявол,

Которого мы сослали в Туркхару,

Живет сейчас в Чимпху, а не в изгнании.

Как нам поступить: прогнать его снова или убить?

Король Тибета втайне обрадовался. «Мастер обладает наставлениями, которые позволяют достичь состояния Будды, не подавляя страстей, — подумал он. — Я должен попросить его  передать мне эти поучения». И король отправил к Пема Джунгне трех переводчиков, приказав передать Мастеру в дар золотые чаши и пригласить его во дворец.

Приняв приглашение, Мастер спустился из Чимпху в ущелье, где, как он знал, его поджидали в засаде министры, вооруженные до зубов. Он отослал переводчиков, а сам, сделав угрожающий жест, произнес: «ХУНГ ХУНГ ХУНГ!» — и поднялся в небо. Затем он превратился в грозную форму Гуру Дракпо, окруженную пламенем, которое достигало вершины мира. От этого зрелища его противники упали без чувств.

В той же форме он появился перед королем, оставаясь невидимым для всех остальных, — и монарх от ужаса потерял сознание. Тогда Мастер снова принял форму Пема Джунгне. Придя в себя, король совершил бесчисленные простирания перед Учителем и обошел вокруг него много раз в знак почтения, намереваясь устроить также ритуал ганачакры и изложить свою великую просьбу.

Но Мастер остановил его, сказав:

«Еще не пришло время открыть тебе тантрические секреты. Очисти свой ум, практикуя постепенный путь Махаяны, и повтори подношение через год».

После побега я, Цогьял, жила в долине Вомпху Такцанг, питаясь плодами разных растений и прикрывая наготу волокнами хлопкового дерева. Но слухи о моем местонахождении достигли ушей Зуркарпы, неудачливого претендента на мою руку, и он отправил за мной триста воинов. Те нашли меня и насильно привезли к своему господину.

Узнав об этом, его соперник Карчупа сразу же отправил моему отцу Карченпе такое письмо:

«Великий князь, благородный Пелги Вангчуг, вы отдали мне в жены свою дочь, но по пути в Карчу она исчезла без следа. До меня дошли плохие слухи, и я хотел бы, чтобы вы это проверили. Люди Зуркхарпы нашли ее в отдаленной местности и забрали к себе. Если это затеяли вы, то я буду воевать с вами. Если же Зуркхарпа сделал это сам, свои претензии я предъявлю ему».

Вскоре после этого, уже будучи в походе со своим войском, Карчупа получил послание от правителя Карчена:

«Карчу Дордже Пел, вот мой ответ. Не следует в неведении чернить других. Я ничего не знаю о Цогьял с тех пор, как она покинула дом. Если вы начнете войну, ваше поражение неизбежно».

Отправив это письмо, Карченпа также выдвинулся со своей армией навстречу Карчупе. Затем он получил еще одно письмо, на этот раз от Зуркхарпы:

«Великий князь Пелги Вангчуг, я нашел Цогьял в отдаленном краю и привез ее к себе, чтобы она жила со мною. Если я принесу вам в дар огромные богатства и обширные владения, отдадите ли вы мне свою божественную дочь?»

Ответ пришел к нему очень скоро.

«Согласно нашей договоренности, тот, кто победил в соревновании, должен получить мою дочь. Любая полемика подлежит наказанию. Тем не менее, чтобы никого не обижать, давайте отпустим девушку на свободу, и пусть идет куда хочет».

Но Зуркхарпа не собирался отпускать меня. Напротив, он заковал меня в железные оковы и также стал готовить к войне свои войска. Император Трисонг Децен узнал об этой ситуации и немедля написал письмо Карченпе:

«Карчен Пелги Вангчуг, будь осторожен. Того, кто ослушается приказа императора, ожидает крушение, быстрое и неминуемое. У тебя есть превосходная, божественная дочь, достойная того, чтобы быть моей королевой. Если мой подданный развяжет войну, он будет наказан смертью».

Делегация из семи чиновников привезла это императорское послание в Карчен. Мой отец в подробностях рассказал этим людям обо всех событиях, касающихся меня. Затем он написал императору ответное письмо, в котором предложил ему взять меня в жены:

«ХО! Правитель мира, святой повелитель людей! Моя дочь, несомненно, превосходит других девушек, и я буду счастлив, если вы сделаете ее своей королевой. Более того, поскольку я боюсь даже обычных споров, меня смертельно пугает гнев великого императора

Король был доволен ответом и отправился в Зуркхар во главе 900 всадников. Зуркхарпа пришел в ужас. Но Карченпа сумел всех умиротворить и восстановить гармонию. У него было еще две дочери — Дечен Цо и Ньима Цо, мои старшие сестры. Первую он отдал в жены Карчупе, и тот остался доволен; другая вышла за Зуркхарпу, и тот также был счастлив. Я же, младшая из его дочерей, стала женой императора, и это наконец успокоило всех соперничавших претендентов. Так войну удалось предотвратить, и воцарился мир и порядок.

Я прибыла в Самье в сопровождении королевского эскорта, в блеске шелковой парчи и драгоценных украшений, подобающих моему новому статусу. Король отпраздновал нашу свадьбу, устроив пир, который длился три месяца. Затем, зная мою преданность учению Будды, он назначил мне заботиться о Дхарме. Ученые наставники учили меня грамоте и каллиграфии, пяти видам искусств и наук, а также другим дисциплинам, светским и духовным. И всякий раз мне хватало малейшего намека, чтобы понять то, чему меня учат.

Однажды король снова пригласил во дворец великого Мастера Пему Джунгне.

Он приготовил трон, инкрустированный драгоценными камнями, и когда Мастер прибыл и уселся на этом троне, король устроил торжественный ритуал ганачакры, сложив к стопам Учителя горы всевозможных даров. Чтобы сделать традиционное подношение мандалы, он насыпал золото на серебряное блюдо и бирюзу на золотое блюдо. Элементы мандалы на серебряном блюде символизировали его империю. Гора Меру представляла четыре района Центрального Тибета и Цанг; восточный континент и два его подконтинента — Китай, Джанг и Кхам. Южный континент с его подконтинентами символизировал Джар, Конгпо и Бутан, а северный континент с его подконтинентами — Хор, Монголию и северные равнины Джангтанга. В виде же бирюзы на золотом блюде король преподнес учителю меня, свою королеву, как источник чувственного наслаждения. Затем он обратился к Мастеру с такой просьбой:

«Великий Гуру Ринпоче, с этой мандалой я дарю тебе все, что в моей власти. Силой своего великого сочувствия заботься обо всех живых существах, о людях и богах, в любой форме и во все времена. Пожалуйста, даруй мне высшие поучения, практикуя которые, я смогу быстро достичь состояния Будды в этом теле, в течение одной жизни. Даруй мне священное учение Тантры, тайное Слово за пределами кармы, закона причины и следствия!»

Сказав это, он с мольбой совершил перед мастером девять раз по девять простираний.

Великий учитель ответил такими словами:

Слушай внимательно, о император!

Из лотосных полей чистого блаженства, безупречного и спонтанного,

Будда Амитабха, что вне рождения и смерти,

Послал на землю свое ваджрное тело, речь и ум,

Бросив шар света

Вглубь океанской утробы без центра и края.

И на тычинках в цветке лотоса вне причин и условий,

Без родителей, без родословной

Я, великий Пема Джунгне,

Возник спонтанно, вне рождения и смерти.

Я обладаю властью над мириадами Дакинь,

Я знаю священную Тантру, что вне причин и условий,

Я хранитель устных традиций, тайных методов,

Наставлений и практик, невозможных без полной открытости,

И жизненно важных самайя, о которых нельзя забывать.

Но учение не обменивается на материальные блага

И даже на власть императора.

Если я стану обменивать учение на богатство,

Мои коренные самайя будут нарушены.

Тогда и меня, и тебя ожидает расплата —

После смерти мы окажемся в низших мирах.

А, кроме того, король, весь мир уже в моей власти.

Твои дары велики,

Но для этой цели они не годятся.

Для Тантры нужен лишь подходящий сосуд —

Ученик, готовый принять и использовать метод.

Молоко снежной львицы, чудесный нектар,

Можно хранить только в прекрасной чаше из золота,

Украшенной драгоценными камнями, —

Любой другой сосуд легко разобьется,

И нектар пропадет.

Эти тайны запечатаны в моем сердце.

Как только он закончил, верхняя часть его тела превратилась в высшие миры сферы желаний, а нижняя простерлась до самых низших миров.

Затем Гуру принял свою обычную человеческую форму. Король рухнул на пол, простираясь перед учителем, и вскричал:

«Великий Мастер, что за горькая насмешка кармы заключена в том, чтобы родиться королем, но не быть подходящим сосудом для тантрических учений!» — и он бился о землю и громко рыдал.

Пема Джунгне велел королю подняться и затем продолжал:

Слушай!

Учения Тантры хранятся в тайне

Не потому, что они безнравственны.

Тантра скрыта от тех, кому ее не понять, —

От недалеких адептов низших путей.

И нет иронии в карме твоей, король!

Твой ум проницателен, ясен и прям,

Твое доверие не пошатнется.

Преданный ученик,

Ты не нарушишь связи с учителем.

Великое Существо свободно от желания,

И помрачения похоти он не знает.

Но в практике Тантры есть священная грань —

Необходима подходящая Дакиня Мудрости,

Женщина из благородной семьи,

Преданная и честная,

Наделенная даром прозрения,

Искусностью и красотой,

Щедрая и сердечная.

Ее ничем не заменишь,

Без нее нет полноценной тантрической практики,

Нет условий для зрелости и свободы

И нет движения к цели.

На просторах Тибетского королевства

Есть множество йогинов, практикующих Тантру.

Но цели своей достигают немногие —

Их меньше, чем звезд на дневном небосклоне.

И потому, король,

Тебе я открою двери в практику Тантры. 

Завершив свою речь, Пема Джунгне принял форму Ваджрадхары. Король простирался перед ним, пока не расшиб себе лоб. Затем он поднес в дар учителю пять священных элементов, включая меня, и Мастер был несказанно доволен. 

Затем Гуру сделал Цогьял своей супругой и госпожой, дал ей посвящения и инструкции, и они, тайные партнеры, отправились вместе в Чимпху Гью, чтобы практиковать тайную йогу.

Так завершается третья часть, в которой описано, как Цогьял узнала непостоянство и встретила Мастера.

 

 

Поделиться:

 
Подписаться:
«Буддизм сегодня»
RSS
 
 
 

«Отличительной чертой буддизма является то, что учителя считают своих учеников взрослыми»

Лама Оле Нидал

Новости центров