Будда Шакьямуни (V-VI до н.э.) учил, каким все является на самом деле
 
 

Главные события

23.10.2017 - 23.10.2017

Лама Оле Нидал будет проводить медитационные курсы и лекции в обоих полушариях. ...

14.12.2017 - 20.12.2017

Он традиционно состоится в Бодхгае (город в Индии, где Будда Шакьямуни достиг ...

13.01.2018 - 31.01.2018

В целом традиционный паломнический тур по стране продлится один месяц. География тура ...

 

Ближайшие события

 
 
Главная  → Учение  → Статьи  → Кармапа  → Гампопа и Первый Кармапа

Гампопа и Первый Кармапа

Из книги Джампы Маккензи Стюарта «Жизнь Гампопы»

У Гампопы, который на внешнем уровне соблюдал обеты Винайи, а на внутреннем практиковал две стадии йогической медитации, было 51 600 учеников, и среди них – трое йогинов из Кхама, находившихся на самых высоких ступенях развития.

Гампопа и Первый Кармапа

Гампопа и Первый Кармапа

Один из этих йогинов происходил из Деге, и имя его было Дордже Гьялпо (Доргьял). Будучи излучением самого Будды Шакьямуни, он пришел в это тело, чтобы выполнить свое давнее обещание и поддержать Гампопу в распространении Дхармы. В тот момент Доргьял был уже полностью посвящен в монахи. До этого он учился у многих великих лам, получал много наставлений и посвящений у учителей школ Кадам и Сакья, у последователей Наропы и представителей других традиций.

Второго из трех выходцев из Кхама звали У Се, что значит «Седая голова». Говорили, что у него от рождения были седые волосы. У Се был излучением Авалокитешвары, Бодхисаттвы сочувствия. Впоследствии он стал известен как Кармапа, «Человек действия», рождение которого было предсказано в Самадхираджа-сутре. Он тоже появился на свет для того, чтобы помогать Гампопе в распространении Дхармы. В этой жизни У Се был полностью посвященным монахом, как и Доргьял. Он получил наставления в Дхарме от своих родителей, которые сами практиковали медитацию и многого достигли. Вступив в монашескую общину в возрасте шестнадцати лет, в двадцать он уже принял обеты. В последнее время У Се практиковал Винайю, учение Калачакры традиции Кадам, а также Ламдре – поучения индийского махасиддхи Вирупы.

Слава Гампопы как царя Дхармы достигла ушей У Се, когда ему исполнилось тридцать лет. Он сразу прибыл в Даглха Гампо, чтобы познакомиться с этим великим гуру. При встрече Гампопа дал ему наставления по лам-риму традиции Кадам в качестве подготовительной практики и велел У Се практиковать так же, как это делал сам Гампопа. Позднее, после того как У Се прошел подготовку в учении Сутраяны, Гампопа дал ему посвящение в Йидама Хеваджру (О Алмаз). Во время церемонии посвящения У Се увидел, как Гампопа превратился в световое тело Хеваджры.

Чуть позднее по совету Гампопы У Се ушел в медитационное уединение, чтобы практиковать медитацию шаматха. На всем протяжении своего отшельничества У Се медитировал с такой преданностью, что ни разу не разжал ладоней на время, достаточно долгое для того, чтобы они высохли. Такое необычное усердие не укрылось от глаз его Мастера. Так Гампопа узнал в У Се одного из самых одаренных учеников и позже дал ему наставления в глубокой медитации лхагтонг. Примерно через год практики у У Се начали появляться необычайные достижения. Его глубинное видение развивалось очень быстро – так восходящее солнце стремительно развеивает туман неведения. Тогда Гампопа сказал ему:

– Ты отсек связи с миром существующих явлений. Теперь ты не вернешься в сансару.

Третий кхампа был из Нангчена, его звали Салтонг Шогум. Кроме этих трех йогинов, все ученики, жившие в монастыре, тщательно придерживались общепринятых правил. Эти же трое весьма выделялись на фоне остальных своей дикостью и не соблюдали монашескую дисциплину. Им не обязательно было это делать, потому что все они были высокореализованными существами – их действия находились за пределами всякой негативности.

Чтобы правильно практиковать тантрическую церемонию ганачакры, они снова и снова просили Гампопу разрешить им пить алкоголь. Однажды, когда они жили в местечке, называемом «Валуны, напоминающие лошадей и яков», Салтонг Шогум сказал двум своим друзьям-кхампам:

– Мы принадлежим к линии махасиддхи Наропы. Мы должны отмечать двадцать пятый день луны, празднуя день дакинь. Не чудесно ли будет в следующий день дакинь устроить пир с подношениями в честь Ваджрайогини?

Доргьял отвечал:

– Конечно, но здесь, в этой общине, мы связаны правилами, ограничивающими прием спиртного. Если главный монах, отвечающий за дисциплину, поймает нас, мы будем наказаны.

Но Салтонг Шогум не поддался убеждению, и они вместе тщательно продумали, что нужно сделать, чтобы как следует отпраздновать предстоящий день дакинь – двадцать пятый день первого месяца лета. Они продолжали обращаться к Гампопе с просьбами, тот смягчился и разрешил каждому из них совершить подношение чанга из трех черепных чаш ячменя. Тогда они собрали вместе девять чаш ячменя и сварили из них вкусное пиво.

В день дакинь они отнесли это пиво на очень красивую поляну на вершине ближайшей горы, взяв с собой также и другие священные вещества, необходимые для церемонии дарения. Затем они начали праздновать: пили пиво и демонстрировали свои достижения, устраивая разные чудеса, чтобы показать, что пиво на них не влияет.

Йогины провели замечательный день на вершине горы. Вечером они устроили медитацию Ваджрайогини в духе радости и блаженства. Они пели много ваджрных песен и танцевали священные танцы дарения. Они даже станцевали великий народный танец Кагью, сопровождая его тайной песней призывания:

Сегодня, ваджрные братья, давайте вспомним всех мастеров.

Призовем их, и благословение будет с нами.

Восседающий над моей головой на троне из солнца и луны,

Коренной Лама, призываю тебя.

Пребывающий в Акаништхе, дворце пространства Истины,

Великий Будда Держатель Алмаза, призываю тебя.

Царствующий на востоке, в драгоценном монастыре Сахор,

Тилопа Чудесная Мудрость, призываю тебя.

Пребывающий на юге, в городе Пуллахари,

Великий мудрец Наропа, призываю тебя.

Живущий на севере, в людной долине Тхрово,

Переводчик Марпа, призываю тебя.

Медитирующий на высоком склоне снежной горы Лачи,

Мила Смеющийся Ваджр, призываю тебя.

Дающий поучения в прославленной обители Даглха Гампо,

Царь Дхармы, лекарь из Дагпо, призываю тебя.

Сияющая на западе, во дворце Уддияны,

Великая подруга Ваджрайогиня, призываю тебя.

Обитающие на кладбищах Прохладной Рощи,

Защитники Учения, Махакалы и Махакали, я призываю вас.

Пусть не возникают внешние и внутренние помехи.

Пожалуйста, даруйте мне обычные и высшие совершенства.

Так они призывали учителей, сопровождая это множеством песен и танцев. Возвращаясь домой, кхампы все еще были в приподнятом настроении. Напевая и пританцовывая, они входили в ворота монастыря. Это услышал главный монах, отвечающий за дисциплину. Он очень рассердился, потому что песни и танцы в монастыре не разрешались. Он выскочил им навстречу и стал бить их палкой, приговаривая:

– Вы все трое нарушили законы Сангхи! Пение и танцы запрещены в нашей традиции, это разрушает Дхарму! Вам здесь нечего больше делать! Немедленно убирайтесь из монастыря!

Все еще пребывая в состоянии эйфории, Доргьял спел было монаху в ответ:

– Эта земля – поле равностности…

Он даже пытался объяснить ему, как правильно пить пиво, но монах не слушал его и кричал:

– Чтобы духу вашего здесь не было! Сегодня же!

Видя, что монах ничего не понимает, Доргьял попросил его разрешить им остаться до утра, потому что уже было темно, и пообещал, что они уйдут ранним утром.

– Хорошо, – отвечал монах, – но завтра утром, как только будет достаточно светло для того, чтобы видеть дорогу, вы все трое уйдете отсюда прочь!

Утром, едва забрезжил рассвет, трое йогинов из Кхама покинули монастырь. Каждому из них хватило времени только на то, чтобы собрать свои нехитрые пожитки. Их так рано и грубо вытолкали за ворота, что они не успели даже выразить почтение своему Учителю Гампопе и проститься с ним. Выйдя из монастыря, стоявшего на высокой горе, они направились по склону вниз, в долину.

В это время Гампопы в монастыре не было: он медитировал в небольшом уединенном домике у самой вершины горы. В тот момент, когда трое йогинов покидали монастырь, он проговорил, обращаясь к своему помощнику Гомцулу:

– Ночью мне снилось, что в монастыре происходили замечательные чудеса. Но сейчас я вижу, как даки и дакини собираются уходить! Племянник, посмотри, пожалуйста, не случилось ли что-нибудь с тремя йогинами из Кхама.

Гомцул вышел из домика и сразу увидел троих йогинов далеко внизу, в долине, на склоне холма, называемого «Холм поклонов». Для тех, кто поднимался из долины, с этого холма впервые открывался вид на горный монастырь Гампопы, и поэтому все приближающиеся паломники задерживались там, чтобы издали поприветствовать святое место поклонами. Сейчас трое йогинов из Кхама совершали на холме прощальные простирания, выражая свое почтение Гампопе, – ведь им не разрешили сделать это перед уходом.

Гомцул заметил также, что птицы кричат громче обычного. Подняв глаза, он увидел, что все птицы снялись со своих мест и улетают вниз, прямо в долину, где находились кхампы. Не только даки и дакини уходили прочь, не только птицы улетали из монастыря – даже травы и деревья склонялись в сторону йогинов, будто желая оторваться от своих корней и следовать за ними!

Все это увидел Гомцул, и все это он рассказал своему драгоценному Ламе Гампопе. Гампопа вскричал:

– Это нехорошо! Должно быть, монах, отвечающий за дисциплину, наказал троих йогинов. Этого нельзя было делать! Много кальп эти трое кхампов накапливали заслугу и очищали свои загрязнения. Как может обычный человек судить об их поведении или оценивать качество их медитационного опыта? То, что мы смогли встретиться здесь, в Даглха Гампо, – результат прошлых обещаний и пожеланий, сделанных еще при жизни Будды Шакьямуни. Кхампы должны остаться здесь. Я сейчас же отправлюсь вслед за ними и велю им вернуться. Но если они не вернутся, потому что этот монах прогнал их прочь, я и сам уйду!

С этими словами Гампопа покинул свое отшельничество в пещере Сэва и зашагал вниз по юго-восточному склону горы, поросшему травой. Проходя позади западного холма, он наконец попал в поле зрения троих кхампов. Взобравшись на большую скалу из гранита, он замахал им одной рукой, другой придерживая развевающиеся монашеские одежды, и спел песню, в которой просил их вернуться.

Кье ма! Послушайте, трое сыновей моего сердца!

Не спускайтесь ниже этого места! Вернитесь наверх!

Много жизней назад

У нас возникла кармическая связь,

Глубокая и необычайно важная.

У Просветленного, великого защитника Шакьямуни,

Будучи юным Бодхисаттвой Чандрапрабхой,

Я попросил и получил Самадхираджа-сутру.

Вы тогда возглавляли общины ваджрных братьев.

Все братья собрались вокруг. Их были десятки тысяч.

Тогда Татхагата сказал такие слова:

«В будущем, когда наступят темные времена,

Каждый, кто будет передавать другим

Смысл этой глубокой Дхармы, Самадхираджа-сутры,

Станет сыном всех Будд трех времен.

Он будет лучшим из лекарей,

способным излечивать все болезни ядов ума.

Словами не описать хвалу, которую вознесут ему Победоносные».

Будда повторял это снова и снова, для всех и каждого,

И я поклялся распространять эту сутру.

Все собравшиеся тоже приняли такое решение

И дали обещание помогать мне.

Благодаря таким превосходным намерениям

Мы снова встретились в этой жизни.

Счастливы те, кто связан такой кармой.

Мы практиковали это великое Учение

И теперь достигли ступени, с которой невозможно упасть.

Сыновья, не спускайтесь ниже, возвращайтесь наверх!

Эта песня теперь известна под названием «Шо мо! Возвращайтесь наверх!».

Гампопа вложил в свою песню столько энергии и пыла, что на гранитном валуне, где он стоял, остались глубокие отпечатки обеих его ступней.

Трое мужчин из Кхама видели, как появился их Мастер, как он махал им рукой, и отчетливо слышали его песню. Преисполнившись радости, они много раз поклонились ему. Со своей скалы на пути в долину они спели ответную песню – ваджрную песню радости, сопровождая ее священным танцем.

В Акаништхе, дворце пространства истины,

Пребывает великий Держатель Алмаза.

По этому случаю, ваджрные братья, давайте его призовем.

Наш Лама сказал: «Вернитесь».

И вот мы идем наверх, все выше и выше.

Взбираемся по ступеням верхних миров, все выше и выше.

Позади оставляя низшие сферы, идем все выше и выше.

Шо мо! Что за радость, что за чудесный опыт!

На востоке, в драгоценном монастыре Сахор,

Учит Тилопа Чудесная Мудрость.

По этому случаю, ваджрные братья, давайте его призовем.

Наш лама сказал: «Вернитесь».

И вот мы идем наверх, все выше и выше.

Взбираемся по ступеням верхних миров, все выше и выше.

Позади оставляя низшие сферы, идем все выше и выше.

Шо мо! Что за радость, что за чудесный опыт!

На юге, в городе Пуллахари,

Пребывает великий мудрец Наропа.

На севере, в людной долине Тхрово,

Живет Переводчик Марпа.

На высоком склоне снежной горы Лачи

Медитирует Миларепа Смеющийся Ваджр.

Здесь, в славной обители Даглха Гампо,

Учит царь Дхармы Гампопа, лекарь из Дагпо.

По этому случаю, ваджрные братья, давайте их призовем.

Наш Лама сказал: «Вернитесь».

И вот мы идем наверх, все выше и выше.

Взбираемся по ступеням верхних миров, все выше и выше.

Позади оставляя низшие сферы, идем все выше и выше.

Шо мо! Что за радость, что за чудесный опыт!

Так пели трое йогинов из Кхама, и после их танцев на скале осталось много отпечатков ступней. Их ответная песня известна как «Шо мо! Мы идем наверх!»

Затем мастер и его ближайшие ученики – сыновья сердца – вместе поднялись в монастырь Даглха Гампо. После этого в общине уже не возникало болезненной реакции на необычное поведение троих кхампов. Гампопа продолжал свое отшельничество в пещере Сэва над монастырем, Доргьял жил в пещере Кьюндинг, У Се – в пещере Цекар, а Салтонг Шогум – в пещере Чумиг.

Впоследствии каждый из них продолжал передавать и распространять славные поучения незапятнанной линии преемственности йогических свершений.

Перевод с английского

Елены ЛЕОНТЬЕВОЙ

Поделиться:

 
Подписаться:
«Буддизм сегодня»
RSS
 
 
 

«Независимо от того, какие мысли или чувства у нас возникают, мы позволяем им приходить и уходить, не пытаясь избавиться от них или удержать. Это основа медитации»

Гендюн Ринпоче, 1918–1997

Новости центров