Шамар Ринпоче
Шамарпа Ринпоче – второй высочайший лама в иерархии духовных учителей Карма Кагью
 
 

Главные события

23.10.2017 - 23.10.2017

Лама Оле Нидал будет проводить медитационные курсы и лекции в обоих полушариях. ...

14.12.2017 - 20.12.2017

Он традиционно состоится в Бодхгае (город в Индии, где Будда Шакьямуни достиг ...

13.01.2018 - 31.01.2018

В целом традиционный паломнический тур по стране продлится один месяц. География тура ...

 

Ближайшие события

 
 
Главная  → Учение  → Статьи  → Кармапа  → Интервью с Кармапой XVII, 2003 г

Интервью с Кармапой XVII, 2003 г

Сентябрь 2003 года, Менло Парк, Калифорния

Большая радость  —  взять у вас интервью именно тогда, когда вы совершаете свой первый визит в Соединенные Штаты. Расскажите, каковы  впечатления от Америки и американцев?

В Америке все очень большое. Я вижу большие дороги, большие машины, даже больших людей (смеется). Но вообще, у американцев  открытые умы, что очень важно для буддизма. 

Когда я был  еще ребенком и жил в Тибете, мне всегда хотелось путешествовать. Сама мысль о возможности посещать разные страны вызывала у меня восторг. 

Поездки по Европе и другим местам позволяли узнавать что-то новое, то же самое и здесь. Хотя я уже два месяца никуда не переезжаю, все равно узнаю очень многое. В целом это замечательное ощущение.

Что самое главное в буддизме?

Буддизм —  не религия и не философия. Он особенный и отличается от всех остальных религий тем, что является методом связи с нашей подлинной сущностью. Опираясь на буддийские методы, мы можем постичь природу всего. Можно сказать иначе: постичь природу ума, ведь ум создает этот сансарический мир, поэтому он так важен. Но можно ответить и проще: постичь природу всего. Буддизм объясняет природу всего, что мы видим, чувствуем —  всего, что мы создаем.

Буддизм —  это просто метод. Он не основывается на чьих-то словах, не основывается на вере —  он основывается на фактах. Когда мы используем этот  метод в поисках истины, мы прибегаем не только к Дхарме, но и к любым другим ресурсам, к любым знаниям, которые можем почерпнуть в этом мире, нисколько не привязываясь к ним.

Какова роль бодхичитты (ума Бодхисаттвы)?

Для нас —  приверженцев Карма Кагью, то есть последователей пути  Махаяны и Ваджраяны, бодхичитта очень важна. Бодхичитта всему придает совершенно особенный смысл. Что бы мы ни делали, даже если это касается только нас лично, —  мы должны делать с намерением приносить пользу другим. Это крайне важно для буддизма Ваджраяны.

И Махаяна, и Ваджраяна работают с бодхичиттой.

Путь Махаяны  шире и яснее, но в нем руководствуются книгами, следуя наставлениям. Ваджраяна использует прямые инструменты. Это более рискованно и в то же время заманчиво. С помощью Ваджраяны мы перемещаемся непосредственно на завершающий этап и  уже оттуда пытаемся как бы оглянуться назад и увидеть, как мы туда добрались. 

В школах Хинаяны и Махаяны используется систематический подход: сначала засевают семя, затем его поливают, удобряют почву и наконец обретают плод.  В Ваджраяне мы стремимся  сочетать оба процесса — и засевать семя, и получать плод. Мы стараемся сократить дистанцию между ними и использовать любые доступные способы, чтобы получить плод «за считанные дни».

То есть цель считается отправной точкой?

Да. Так мы используем наиболее эффективные инструменты.

Прямо как применение удобрений и генной инженерии.

(Смеется.)

Не могли бы вы еще рассказать о бодхичитте ?

«Бодхичитта» — санскритское слово. В тибетском языке мы используем термины «мёнпа сем кье» и «джукпа сем кье». «Сем» означает ум, «кье» —  зарождать. Это указывает на зарождение ума бодхичитты как в намерении, так и в действии. «Мёнпа сем кье» —  это практика бодхичитты в намерении, а «джукпа сем кье» —  активная бодхичитта.

Сначала нужно увидеть сансарический мир как страдание, а затем осознать, что живые существа охвачены этим страданием. На основе этого понимания следует развивать глубокое стремление удалять страдания и дарить вместо них счастье. В тибетском языке мы называем это «джампа» и «ньиндже». «Джампа» означает дарить счастье, а «ньиндже» —  удалять страдания. Это довольно простые основы. Я думаю, что это переводят как любящая доброта и сочувствие.

Дарить непреходящее счастье не означает заниматься благотворительностью. На самом деле это значит учить Дхарме и помогать существам понять ее смысл, —  объяснять, как использовать Дхарму и применять на практике. Но необходима бодхичитта намерения и действия.

Бодхичитта важна для активности в Дхарме. Мы должны помогать не только другим, но и самим себе. Помогая другим, мы обретаем больше понимания, а заботясь о себе, становимся способны больше помогать другим. Это работает в обоих направлениях.

Что же такое бодхичитта действия?

Бодхичитта устремления или намерения —  это обещание достичь состояния Просветления. А бодхичитта действия —  непосредственное продвижение на пути к Просветлению. Бодхичитта действия —  это смелость. Это не значит просто высказывать пожелания и затем убегать. Пожелания нужно переводить в действия —  брать ситуацию в свои руки и участвовать в ней. Бодхичитта действия включает в себя шесть парамит (освобождающих действий). 

Например, когда вы даете поучения и посвящения или кто-нибудь основывает буддийский центр, —  являются ли эти действия  активной бодхичиттой? 

Активная бодхичитта —  это сочетание намерения и действия. Без намерения —  что бы мы делали? Когда мы строим центр, даем поучения и посвящения или даже медитируем, мы это делаем для того, чтобы помогать  другим, не так ли?

Вы являетесь главой линии преемственности Карма Кагью. Что такое линия Карма Кагью?

«Ка» по-тибетски означает все наставления, а «гью» —  передача от одного совершенного мастера другому. Передача чистая, ясная и без изъянов. Линия Карма Кагью берет начало от Тилопы и Наропы. Тилопа получил передачу непосредственно от Дордже Чанга и от совершенных мастеров четырех направлений Индии. Затем она перешла от него к Марпе, Миларепе и Гампопе. Гампопа дал передачу своим трем главным ученикам, в основном —  первому Кармапе Дюсум Кхьенпе. Первого Кармапу называли Кхампа Усе. «Кхампа» —  указывает на область в Восточном Тибете, «Усе»  —  значит седовласый.

Таким образом, наша традиция Карма Камцанг начинается с Первого Кармапы. Наша основная практика —  Шесть йог Наропы и Махамудра. Махамудра —  санскритский термин, который мы используем в школе Кагью. По-тибетски  —  «Чаг Гья Ченпо», и это специфическое для нашей линии поучение о медитации непосредственно на природу ума. Конечно, для него есть и другие названия в школах Ньингма и Гелуг —  Тава Ченпо, Ума Ченпо, Дзогпа Ченпо.

Чем отличаются Махамудра и Дзогчен?

Это просто разные методы. Существуют различные подходы для разных людей. В конечном счете не важно, какие методы мы использовали, чтобы обрести окончательное постижение. Плод всегда одинаков. Это можно сравнить с тем, как мы говорим: «Я собираюсь во Франкфурт и могу полететь туда на самолете компании Люфтганза или Юнайтед Эйрлайнз».

В наших буддийских центрах Алмазного пути главной практикой является Гуру-йога на Шестнадцатого Кармапу. Не могли бы вы объяснить преимущества этой практики?

Прежде всего нужно понять значение Гуру-йоги. Гуру-йога —   это практика, связанная с собственным Учителем. Обычно в медитации представляют мирного или грозного Будду, но основа Гуру-йоги в том, что Учитель — такой же человек, как и мы. Поэтому с ним (или с ней) легче установить связь, которая может быть лучше и сильнее. На самом деле без Учителя мы никогда не знали бы Дхармы. Гуру —   лучший проводник, лучший путь. Безусловно,  практика медитации на Будда-аспект важна так же, как и Гуру-йога, но Гуру-йога  особенная, потому что без Учителя мы никогда бы не узнали о Будда-аспекте. Учитель показывает нам все. Мы опираемся на его (или ее) качества и используем их для обретения такого же уровня постижения.

Когда мы думаем об Учителе как о таком же человеке, что и мы сами, то легче и быстрее устанавливаем связь с ним и тем самым выигрываем. Поэтому когда мы будем практиковать Гуру-йогу, получаемое благословение будет еще больше благодаря большей открытости нашего ума. А иначе можно было бы делать Гуру-йогу просто на камень. Не было бы разницы. Но с Учителем мы чувствуем больше доверия.

С другой стороны, мы не должны думать об Учителе только лишь как о человеке — также мы должны помнить и о его качествах. Этими качествами являются Три драгоценности, и у Учителя есть все три. Подобно Будде, он не просто человек, но тот, кто показывает путь к Просветлению. Во-вторых, он владеет знанием Дхармы. В-третьих, он (или она) помогает нам на пути, а это —  Сангха. Если думать, что Гуру-йога —  практика, связанная только с телом Учителя, это будет источником сансары. Нет ничего неизменного в человеческом теле —  это всего лишь плоть и кости.

Посредством Гуру-йоги Учитель позволяет нам понять последнюю ступень, последний отрезок пути, который делает все ясным как кристалл. Учитель обладает таким качеством.

При нашем образе жизни Гуру-йога кажется более удобной практикой, чем, скажем, Шесть йог Наропы.

Любая часть буддийской практики важна. Значима каждая практика, которую вы делаете, —  они все эффективны. Если вы чувствуете где-то больше доверия или вам что-то больше подходит, то результаты приходят быстрее. Вопрос в том, что больше всего подходит для конкретного человека, его ситуации, времени и даже культуры.

Сможем ли мы добиться постижения великих мастеров, если не будем уходить в длительное медитативное отшельничество или не станем выполнять такие практики, как Шесть йог Наропы?

Когда речь заходит о Шести йогах Наропы, мы часто думаем: «Там так много нужно делать», —  и это кажется непосильным бременем. Затем мы узнаем, что такого же результата можно добиться просто при помощи Гуру-йоги. И мы радуемся: «Да, Гуру-йога очень короткая, я могу ее делать». Но постепенно мы начинаем понимать особенные качества Шести йог Наропы, например, пховы. Понимать, что без них наш путь будет не таким глубоким и мы не сможем действительно постичь истину за короткое время. Таким образом, в определенный момент возникает желание практиковать Шесть йог —  это становится необходимостью. Посредством Гуру-йоги мы будем приближаться к этому и получать фрагменты Шести йог Наропы. Мы будем как бы пробовать их вкус, но без полного опыта. 

Не могли бы вы что-нибудь сказать о силе мантры? Какова польза мантры «Кармапа Ченно»?

Мантра «Кармапа Ченно» используется в практике Гуру-йоги на Шестнадцатого Кармапу, чтобы приблизиться к его уровню постижения. «Карма» по-тибетски значит активность, «па» —   тот, кто ее осуществляет. «Кармапа» —  означает просто человек активности. То есть даже мантра —  это форма Гуру-йоги.

Просто произносить мантру —  это Гуру-йога?

Может быть, не просто произносить, но также думать о ее смысле.  Повторяя эту мантру, мы становимся очень близки к сущности Кармапы, так как призываем его тело, речь и ум. Эти слова несут в себе сущность трех форм Кармапы —  прошлого, настоящего и будущего. Можно просто сказать, что Кармапа или любой другой Учитель, на которого мы медитируем в Гуру-йоге, олицетворяет Три драгоценности.

Когда мы произносим шестислоговую мантру Ченрези (санскр. Авалокитешвара) «Ом Мани Пеме Хунг», то открываем свой ум его вневременным качествам. Принимая обет Бодхисаттвы, Ченрези  создавал очень сильные пожелания, чтобы все, кто повторяет его мантру, получали его благословение. Подобным образом работает и мантра «Кармапа Ченно». 

Традиционно каждый Кармапа еще в детстве провозглашает себя Кармапой, и, если мы правильно понимаем, вы тоже не исключение.

Да, хотя я был тогда совсем еще малышом.

Можно ли так сказать, что это была сильная убежденность?

Да, и у меня было сильное чувство, что я могу делать что-то хорошее, если говорить простыми словами. Если сказать по-другому —  что я могу нести Дхарма-активность и взять на себя задачу учить. Это была очень сильная уверенность. Я был тогда совсем ребенком и не знал точно, что означает это чувство. Было очень странно, и я начал понимать, откуда берется эта уверенность, только в возрасте шести-семи лет.

Благодаря моей практике сегодня я могу сказать, что мне по плечу взять на себя и выполнять все, что делал предыдущий Кармапа. Вот что я чувствую. В этом смысле —  да, я могу сказать, что я —  Кармапа. «Кармапа»  просто означает — человек, проводящий соответствующую активность. 

И вы абсолютно  уверены, что справитесь с такой задачей? 

Да. В противном случае я   просто еще один пример человека,  объявившего себя Кармапой.

Недостаточно сказать: «Я —  Кармапа». Чтобы узнать Кармапу, нужны доказательства. Требуется много работы и интенсивная медитация со стороны ответственного за узнавание.

Вы имеете в виду Шамара Ринпоче?

Да, Шамара Ринпоче и еще одного ламу, который помогал ему. 

Сейчас вокруг вас совершенно другая обстановка, нежели в Тибете. Скучаете ли вы по местам своего детства? Не возникает ли у вас чувство, что вы могли бы туда вернуться?

Кто знает, может быть, однажды я и смогу туда свободно вернуться. Почти все мое детство прошло в Лхасе, но я не очень скучаю по ней. Я скучаю по безмолвным зеленым просторам Восточного Тибета —  по горам, по природе.

Считаете  ли вы, что буддизм в Тибете находится в состоянии упадка?

Не совсем так. Там еще есть много учителей и людей, работающих с Дхармой. Если вспомнить историю, то Учение зародилось в Индии,  а затем было перенесено в Тибет, потом в Китай, Европу и так далее. В Индии до сих пор сохранились следы буддизма. Наверняка есть прочная основа и в Тибете. Когда-нибудь там снова может наступить расцвет буддизма.

Ваш отец —  лама Ньингмы. Можете ли вы рассказать нам о том влиянии, какое он оказывал на вас в детстве?

Это было очень сильное влияние. Я думаю, обстоятельство, что именно он — мой отец, облегчило мне доступ к Дхарме. Свою роль в этом сыграла и моя мать. Мой отец —  высокий мастер Ньингмы, Ринпоче; его знания Дхармы очень глубоки, поэтому я узнавал намного больше и развивался быстрее других детей.

Учил ли он вас медитировать?

Медитировать? Нет, скорее нет. Он учил меня читать и писать. У меня тогда не было учителя. Я не ходил в школу, поскольку мои родители считали, что это будет небезопасно. У них с самого начала было определенное понимание, кто я. Меня всему учили мой отец и дядя.

Значит, у вас была возможность учиться дома?

Да, мне везло. К тому времени, когда мы покинули Тибет, я уже знал довольно много. Конечно, не было компьютера, но я запомнил много текстов.

Кто сейчас ваши главные учителя Дхармы, можете ли вы сказать что-нибудь об их качествах?

Почти у каждого учителя какие-то свои особенные качества, а мне повезло —  у меня было много учителей Дхармы. Я получил посвящения от Шамара Ринпоче, Чобдже Три Ринпоче, Лудхинг Кхенчена Ринпоче, Беру Кхьенце Ринпоче, Кхен Тринле Палджура Ринпоче и Пеба Тулку. Топга Ринпоче, Семпа Дордже и Кхенпо Чёдрак учили меня буддийской философии. Иногда я провожу несколько месяцев в медитационном уединении. Это очень важно, поскольку одного знания недостаточно —  нужно обладать соответствующим ему опытом.

Известно, что вы также получили и западное образование. Не могли бы вы об этом немного рассказать?

Я не ходил в школу, но многому научился у моих учителей английского языка. У меня их было несколько. Среди них американец Марк Челищев, Люси из посольства Новой Зеландии в Нью-Дели, профессор Спригг —  шотландец с сильным британским акцентом, и австралийцы Шона и Стюарт Джарвис.

Сегодня можно многое узнавать благодаря современным технологиям, таким как интернет. И хотя я сейчас знаю уже довольно много, этого недостаточно. Мне нужно продолжить учебу — в этом мире неограниченное количество знаний. Это непрерывный и бесконечный процесс.

Не могли бы вы рассказать нам о самых последних посвящениях в Тантры Марпы, которые считались утраченными и которые вы получили от Лудхинг Кхенчена Ринпоче? Почему эти тантры считаются очень ценными?

Шамар Ринпоче несколько раз просил Лудхинг Кхенчена Ринпоче передать эти посвящения, но в Индии трудно было найти время — Лудхинг Кхенчен был очень занят. Когда он запланировал поездку в Сиэтл, мы решили, что открывается прекрасная возможность получить эти посвящения здесь, в Америке. Этим скрытым поучениям не учили в нашей линии преемственности на протяжении двух веков.  К счастью, их практиковали в линии Сакья, и таким образом выдался золотой шанс вернуть их обратно. Я получил двадцать два посвящения, еще для нескольких не хватило времени из-за нашего расписания. Потребовалось много энергии со стороны Ринпоче. Для подготовки к каждому посвящению он должен был ежедневно по шесть часов заниматься практикой, а потом еще два часа или чуть больше занимала сама передача. А для больших посвящений требовалось два дня.

В чем важность передачи этих тантр?

Важно сохранить большое разнообразие методов. Во всех — одинаковая сущность, но качества разные. Для того чтобы передавать посвящение другим, нужно получить устные наставления и передачу и затем обрести определенное постижение. Всегда должен быть тот, у кого есть время для практики постижения и передачи.

Вы считаете, что сегодня есть ученики, которые смогут практиковать эти тантры?

Я бы сказал, да. Каждый мог бы это делать. Мы должны их использовать, а не просто сохранять для будущего.

Но возможно ли это практически?

Все должны находить подходящий момент, подходящее для себя время. Это все равно, что сказать, что у всех есть Будда-природа. Например, в саду растут разные фрукты, но съедобными они станут, когда созреют. Иначе они будут горькими на вкус и трудными для переваривания.

Значит, это зависит от конкретного практикующего готов он к этому или нет?

Да, но даже если ученики не готовы, учитель все равно должен постараться создать оптимальные условия для их практики. Поэтому у нас есть центры Дхармы.

Как вы видите свою активность активность  Семнадцатого Кармапы?

Мне предстоит долгий путь и много непростых и интересных задач. Я делаю первый шаг и думаю, что это будет весьма интересно.

Важно ли для Кармапы проводить церемонию Черной короны?

Было важно. Эта традиция поддерживалась до Шестнадцатого Кармапы, но тем не менее это всего лишь традиция, не более. Для меня это не так важно. Мы можем ее поддерживать, но если не будем — большой разницы нет.

Мы говорим, что Черная корона —  символ активности Кармапы, это было верно для того времени. Сейчас в определенной ситуации даже бейсбольная кепка может открыть чей-нибудь ум. Это как ручка двери, предназначенная для того, чтобы с ее помощью открывать дверь.

В линии Кагью существуют различные стили практики, что порой приводит к разногласиям в Сангхе. Видите ли вы, как глава линии, свою роль в объединении различных подходов или вы приветствуете многообразие групп и практикующих и считаете это естественным положением вещей?

 Небольшие разногласия — это естественно. Когда учил Будда, все понимали его поучения одинаково. Но после его ухода возникало все больше различных подходов.

Разные способы практики хороши, если они эффективны и помогают людям. Однако если возникают разногласия и трудности, их нужно прояснять. Может потребоваться также модернизация способа обучения. Идея не в том, чтобы привнести что-то новое, но в использовании других терминов при условии сохранения сути.

Что делает методы Алмазного пути уникальными?

Я бы сказал, это неточная постановка вопроса. Можно найти нечто уникальное во всех буддийских методах.

Алмазный путь — это очень современный метод, особенно эффективный для Запада, и мы уже видим много важных результатов. Например, в Европе много практикующих, много центров, и люди не просто следуют, но понимают, — это крайне важно. Таким образом, Алмазный путь очень эффективен для современности. Он, вероятно, лучше подходит для западного ума, и в этом его уникальность.

Развитие в Европе происходит в основном благодаря активности Ламы Оле Нидала. Как  вы думаете, почему он смог добиться таких результатов?

Я думаю, что он является великим примером для всех нас, показывая, как много может сделать один человек. До того как стать буддистом, он был очень буйным. Но когда подключаешься к своей Будда-природе — становишься способным горы свернуть.

Можно задать вам личный вопрос? Сложно постоянно быть в центре внимания?

Я к этому как-то привыкаю (смеется). Иногда это может быть не очень приятно, но в некоторых культурах это способ демонстрации почтения, и делается это с наилучшими намерениями. В Соединенных Штатах и северной Европе это не так сильно выражено. 

Как лучше к вам обращаться? Должны ли ваши ученики говорить Ваше Святейшество?

Я не возражаю против любых имен. Кармапа — хорошо, это очень просто. Я думаю, что предпочел бы имя титулу.

А что вы скажете насчет простираний перед Учителем?

Все зависит от ситуации. Простирания в качестве знака уважения — это часть азиатской культуры, что на Западе может выглядеть  весьма странно, и тогда мы можем это исключить. Я сам, когда получаю посвящения, обязательно должен простираться. В соответствующей обстановке — это знак уважения. Мы не должны простираться без хороших оснований. Что бы мы ни делали в буддизме, мы должны делать это с правильным пониманием.

Как вам видится будущее линии Карма Кагью?

Будущее выглядит очень хорошо (Кармапа улыбается). В нашей линии много людей, которые интересуются Дхармой и являются не просто последователями, но еще обладают интеллектуальным пониманием. Это хорошая основа для будущего развития.

Большое спасибо. 

Интервью взяли представители американского журнала Buddhism Today.

 

 

Поделиться:

 
Подписаться:
«Буддизм сегодня»
RSS
 
 
 

«Не следует жить мечтами – они делают нас вялыми и нерешительными»

Лама Оле Нидал

Новости центров